Вот такое чувство, что что-то должно произойти, понимаешь?

— Доня, все что должно произойти, произойдет в любом случае, а вот как мы к этим событиям отнесемся, уже совершенно другой разговор."

"— Папа меня напрягает, когда ты начинаешь философствовать.

— Все будет хорошо, родная.

И вот вроде папа меня и успокоил, но что-то скребло внутри.

Спустя еще полчаса мы уже въезжали в дачный поселок, за областью. Небольшие аккуратные домики, просто тонули в еще голых ветках, плодово-ягодных деревьев. Весна еще только начинала вступать в права. Местность пустовала, так как дачники еще не готовы были выбираться на свои участки.

И вот в этой местности нам с папой предстоит помочь одному дедушке, который тут живет почти круглый год. Отец папиного товарища, как мне сказали. Только я о нем ни разу не слышала и это меня и напрягло вчера вечером, когда за ужином оказалось, что кроме меня, сегодня все оказались заняты.

Папа сказал, что мне нужно будет убраться в доме, а папа займется участком. Мы даже продуктов накупили этому дедушке по списку, который был у папы. Хотя, как для меня, список был довольно странный: мясо, колбасы разных видов, сыры, фрукты., овощи. Но это еще не предел. Пределом стало две бутылки сухого вина! Прямо набор для романтического ужина, а не для дедушки в обычном дачном поселке.

Подъехав к домику мы с папой начали оперативно выгружаться. Что-то заставляло меня напрягаться. Да еще и домик оказался крайним в поселке этом. Место конечно красивое, но тут что-то не то!

— Пап, давай как-то поактивнее, что ли? — решила подогнать папу немного, — Дома Яроша ждет.

— Ничего с нашим пацаном не случиться. — отмахнулся папа, насвистывая какой-то незамысловатый мотив, — У него там целых четыре няньки.

Ладно, согласна. Мне, наверное, нужно успокоиться. Просто перестать думать и всякой ерунде.

Хотя после визита Максима, больше двух недель назад, мне тяжело вернуть себя в прежнее русло. Первую неделю я вообще была сама не своя. И мне это не нравится. Я никогда не страдала такой эмоциональностью. Взрывной характер у нас только у Аньки, но она со мной уже две недели не разговаривает. Хотя я после нашего последнего разговора звонила ей, чтобы извиниться, но меня послали. В общем я не обижаюсь, потому что понимаю, за меня волнуются. Но только правда у каждого будет своя.

С этим роем неспокойных мыслей я вошла в дом и замерла от шока.

— Па-а-ап! — заорала во все горло. — Это что? — указала головой, когда папа подошел сзади и удивленно приподнял брови, как бы спрашивая “чего я ору?”

— Это, дочка, дом. — папа меня продвинул дальше по коридору, — И в нем нужно убраться. — после этого у меня забрали пакеты и понесли их, как я поняла, на кухню.