У вас есть мы. Если ты хочешь ухаживать за ним — так и будет. Твое слово — закон. Но не отгораживайся от нас. За тебя мы тоже боимся, понимаешь?

И ей снова надо было бы кивнуть, но она не смогла. Опять мотнула головой. Потому что за себя она боялась меньше всего.

— Будем проходить реабилитацию, где скажешь. Никакую машину продавать не будем. Деньги есть, а окажется мало — найдем. Ты уже звонила туда, о чем-то договаривалась?

Вера почти сразу поняла, что убеждать сейчас Дашу в том, что они теперь команда, смыла нет. Она думает о другом. И пришла она сюда за другим. Поэтому Волошина вывела разговор вновь в то русло, реакцией на которое могло быть что-то другое, кроме растерянного мотания головой и слез из глаз.

— Да. Я связалась с ними. Прочла отзывы. У них есть возможность заняться Стасом. Физиотерапевт, которого рекомендуют, согласился. И логопед у них тоже лучший из профильных…

Часы на стене заведения разорвали окружающую тишину резким звуком, оповещающим о том, что стукнул первый час.

Даша сначала вздрогнула, а потом порывисто выдернула руки из-под продолжавшей держать ее маминой ладони, вцепилась в лежавшую на коленях сумку.

— Мне к Стасу пора. Я обещала, что буду в час.

Не ждала ничьего одобрения. Не заботилась о том, что они вроде как не договорили. Встала, развернулась, вышла из кафе…

Оставшиеся за столом же дружно устремили взгляды в огромное окно, следя, как Даша перебегает улицу по зебре, заходит в больничную калитку, быстрым шагом идет к корпусу…"

"— Спасибо вам за нее… — Вера произносит тихо, несмело улыбается, параллельно смахивая слезы с глаз. Не ждет ответа. Да он и не требуется. Всем ведь и так всё понятно.

* * *В палату Даша не стучала, но открывала очень аккуратно. Возможно, для кого-то женщины подобны хрустальным вазам, но после случившегося для нее таким стал Стас. Подчас доходило до абсурда, и Даша понимала — с этим нужно будет что-то делать, но пока… не могла.

До невозможности боялась его напугать, как-то навредить, сделать что-то не то и… И снова падать вместе с ним на пол кухни, умоляя в трубку: «пожалуйста… спасите».

Так и сегодня — Даша приоткрыла дверь на щелочку, заглянула… Выдохнула непроизвольно, потому что он был на месте (а не застать его в положенное время в палате тоже было очень страшно), вот только спал.

Рядом с кроватью стояла та самая улыбчивая Мила. Как оказалось, невероятной доброты человек, для которого помощь людям — призвание.

Для Даши, да и всех Красновских-Волошиных она стала ангелом-хранителем. Начиная с того, что так и не выпила тогда свой кофе, выбросила его, побежала за успокоительным для Даши. Заканчивая готовностью за более чем умеренные деньги помогать, если это потребуется.