А эта кошка уже самому родной стала.

– Спасибо тебе, – прошептала ему. – Хочешь ещё чая?

– Давай ещё, – кивнул Вадим и вернулся на своё место.

Налила в чашки заварки и кипятка по второму кругу и поставила перед нами. Вернулась к телефону и взгляд зацепился за аккаунт Виталия. Глаза расширились и дыхание перехватило. Развернула его страницу, чтобы убедиться, что мне не показалось.

На аватарке стояла моя фотография. Я на ней была обнажена. Полностью. Эти фото были из личного архива. Я их делала для тогда ещё будущего мужа, когда он служил в армии, чтобы не так грустно было переживать разлуку.

Он просил, я долго не соглашалась, но ради него всё же сделала эти фотографии. За год набрался приличный архив… И вот теперь он его обнародовал в отместку нам. Кроме аватарки в профиль добавлен целый альбом с моими голыми фотографиями…

Лицо побледнело. По щекам побежали слёзы стыда.

– Что случилось? – встревожено спросил Вадим.

Молча бросила телефон на стол, закрыла лицо руками и зарыдала. Ну за что он так со мной? Это ведь было наше, личное. Тогда мы были вместе, и эти фотографии я делала с любовью только для него. А теперь их увидели все кому не лень.

Я заметила в комментариях под альбомом возмущения друзей, которые писали: «Виталь, ты дебил? Убери эти фотографии!». Только мне от этого легче не стало, все всё уже увидели.

– Да что такое-то? – не понял ничего Вадим и взял в руки мой телефон.

Глянул на дисплей и лицо его потемнело от гнева.

– Вот же сука!

Что-то понажимал и положил телефон обратно.

– Я подал жалобу на распространение порно, сейчас аккаунт удалят.

В ответ я лишь громче зарыдала. Вадим подошёл ко мне и прижал к себе, поглаживая волосы.

– Не плачь, Алинка.

Слезами тут не поможешь.

– Все увидели… меня го… голую, – задыхалась я от рыданий. – Ну увидели, – говорил он негромко. – Что ж теперь? Ты у меня красавица. Пусть все завидуют твоему прекрасному телу и тому, что такая девочка только для меня. Все подумали не что ты такая-сякая, а что он – придурок. Ты ведь для него их делала?

– А ты как думаешь? – хлюпала я носом в ответ.

– Гондон! Убить его мало! – ругнулся он, а потом шумно вдохнул воздуха, чтобы успокоиться. – Как можно быть такой гнидой и так поступить с той, что была рядом и которую звал любимой? Сволочь просто.

– Тебе… – подняла заплаканное лицо на него. – Ты всё равно хочешь быть со мной после этих фото?

– Да ты что? – присел он возле моего стула и сжал мои ладони. – Это неважно. Да, мне неприятно тоже. Но это разве решает в отношениях? Ты не виновата.

– Честно?

– Честно.

Он встал и подошёл к раковине. Налил через фильтр воды и поднёс мне.

– Пей, успокойся. И пойдём спать. Ночь на дворе.

Заставил меня сделать несколько глотков, умыл в ванной и повёл в комнату. Расстелил постель, помог раздеться и лечь.