Если и ты предашь, то сломается парень, совсем от всех закроется, — моя мудрая ба, она всегда видела больше, чем все остальные… — Иди, милая, домой. И хорошенько подумай, — бабуля развернула меня обратно, а когда я сделала несколько шагов в направлении дома, вдруг позвала: — Вика, — я резко обернулась, вопросительно посмотрев на нее, — Ноги- то дрожат? Утром вставать можешь? — с хитрецой в глазах, поинтересовалась бабушка. Я широко улыбнулась, фыркнула, подмигнув бабушке, легко зашагала к родительскому дому."

"А когда подошла к дороге, то мимо меня, на огромной скорости, почти вплотную, пролетела очень знакомая зеленая спортивная машина, напугав до икоты. Номера были замазаны грязью, а водитель протяжно посигналив мне на прощание, быстро скрылся из виду.

Сердце колотилось в горле, а ноги приросли к асфальту. Я еще несколько минут смотрела на полупустую улицу, боясь сделать шаг. Тело била мелкая дрожь, а шишка на голове мерзко заныла. Боги, кому я могла перейти дорогу, что меня бесконечно пугают? И меня ли?

В детстве я очень любила читать детективы. Конан Дойль, Эдгар По и Агата Кристи были зачитаны до дыр, так, что мне приходилось постоянно подклеивать корешки у обложек. Запомнилась одна простая истина: ищи, кому выгодно!

С чего все началось? Со знакомства с Валерой и друзьями Ромы в той злополучной «шиномонтажке». Но, когда меня обрызгала зеленая машина, Валера был за рулем другой тачки. Мне с трудом верилось, что он заехал за угол, пересел в другую машину и поехал вслед за мной. Да и при нашей последней встрече он не показался мне отпетым мерзавцем. Может кто-то из его свиты? Он ведь не один приезжал?

А может это кто-то из работников Ромы? Кнопка, например? Подумав о той хрупкой девушке с глазами грустного олененка сама себя одернула, потому что если это она, то я совершенно не разбираюсь в людях.

Решив, что стоять истуканом у дороги достаточно, ибо на меня уже люди коситься начали, сделала шаг на дорогу, постоянно оглядываясь в поисках зеленой машины.

Оставшийся путь до дома преодолела без происшествий, старясь успокоиться и унять липкую дрожь.

Дверь мне открыла мама, немного задумчивая, но улыбалась открыто и смотрела без осуждения, так что я вздохнула с облегчением.

До самого позднего вечера мы вчетвером смотрели фильмы и доедали остатки роскоши. Я немного стеснялась при родителях демонстрировать свои чувства к Роме, но тот и не настаивал. Говорить ему о происшествии на дороге пока не стала, решив дождаться ночи, когда родители уснут.

В десять мама с папой отправились спать, а Роме позвонили и он срочно сорвался ехать.

— Можно с тобой? — попросила я.

— Ложись спать, я надолго, — поморщился он. Поймал мой умоляющий взгляд и вздохнул, — ладно, поехали.