Все, кроме Шумского. Тот ехал впереди малого обоза, смотрел только вперед, но слушал внимательно все, о чем трепались ратники, а главное, ждал, что ответит Ариша. А ответила вовсе и не она, а ученый дед.

— Ты мил человек, за усы-то себя не дергай, а то всю красивость утратишь. Внучку тебе не отдам, хучь на коленках стой. Рухляди ты прикупил, то верно, но вся она для мужика. А где ж для невесты, а? Прав дружок твой скупой ты.

Ратники погалдели глумливо, а Евсея задело:

— Так ежели что, я и для невесты могу.

— Вот когда смогешь, тогда и усы свои щупай.

Все посмеялись, а Евсей-упрямец, все не унимался:

— А можа она сама за меня согласная, а? — и на Аришку смотрит.

Андрей даже Буяна придержал, так любопытно было услышать ответ.

— Спасибо, ратник Евсей, за посул щедрый. Не могу я за тебя пойти.

— Что так? — Евсей насупился, аж страшно смотреть стало.

— Уж очень усы у тебя пышные. — Пока Евсей морщил лоб, соображал, что хотела сказать рыжая деваха, ратники уж ржали, будто кони.

— И то верно, славница, — заливался тоненьким смехом язва-Прошка. — Защекотит насмерть, когда челомкаться полезет.

Шумской хмыкнул, и сам не понимая того, потрогал свой подбородок, который скоблил нагладко, как делали все сарматы.

Так и ехали, с шутками да прибаутками. Аришин голосок не умолкал: то смеялась девушка, то щебетала с ратниками. Дед не одергивал внучку, а стало быть, все шло урядно. Андрей слушал ее голос и дивился его певучести и ласковости."

"Затемно добрались до репищ Берестовских, а там уж не доезжая до городища, повстречали отряд конных боярина Акима.

— Да неужто ты, Андрюха, душа пропащая? — симпатичный крупный парень ехал впереди, тем самым обозначая свое начальство над всеми. — Здоров, друг.

— И тебе не хворать, Демьян Акимыч. Тебя сюда по делу занесло или по озорству? — Шумской подъехал вровень с конем Демьяна и стукнул друга кулаком в доспешное оплечье.

— По делу. Батя велел встретить гостей. Давай уж, показывай, кого везешь в Берестово?

За Демьяном на лошади ехал его брат-двойник.

Лицами братья были схожи, но взгляд да повадка разные. Шумской дружил с Демкой, но на дух не переносил Фаддея. Тот шибко и не лез в их дружбу, понимая, что лишний. Однако, задевало молодого боярича такое неприятие и это Андрей замечал, а потому держался с ним ровно, без стычек и споров.

Шумской кивнул Фаддею и обернулся к Демке:

— Вон, на последней телеге.

А Демка уж во все глаза смотрел на рыжую Арину.

— Дудку мне в нос! Вот это деваха. Глянь, аж глаза слепит косища-то ейная. И статная, не отнять. Вот спасибо те, Андрей, за такую красавицу. Чё такой смурной? Для себя присмотрел? — ехидный Демка глумился над другом, прекрасно зная, что Андрей по бабьей части не слишком-то ходок.