Мой герой…

И как вообще я могла подумать, что он из тех, кто бросает девушек после первой ночи? Нет, он у меня самый добрый, самый умный, самый ласковый, самый отзывчивый и заботливый. Видимо, в прошлой жизни я вела себя безупречно, можно сказать, на пять с плюсом, раз в этой мне так повезло.

Наконец выскакиваю из отеля и тороплюсь на стоянку.

Через пару минут огибаю здание и вижу машину Назара во втором ряду, как вдруг меня окликают:

— Алиса!

Голос басовитый, с легкой хрипотцой и отчего-то очень знакомый. Силюсь вспомнить, кому он принадлежит, разворачиваюсь, и губы сами собой расплываются в улыбке."

"Это же Олег Данилович Миронов, наш постоялец, очень вежливый и обаятельный. Вот бы все так себя вели, как он, была бы у меня не работа, а рай. Ну и пусть ростом немногим выше меня, пусть колобок, да и лысоват, зато хороший человек — такому приятно улыбнуться.

Олег Данилович подходит ближе, вытирает пот со лба платком и сетует:

— Здравствуйте, Алиса! Фух, еле догнал. Быстрая вы, однако, за вами не угонишься. Что сказать, молодежь.

Я поднимаю бровь в немом вопросе: зачем за мной гнаться? Начинаю лихорадочно вспоминать по пунктам — не прокололась ли где? Нет, номер убрала, полотенца и постельное белье сменила, бар заполнила, вещи в химчистку сдала. Других указаний вроде бы не было.

— Что-то не так, Олег Данилович? — переминаюсь с ноги на ногу.

Вот блин, не дай бог попросит о чем-нибудь и придется еще задержаться, — Назар и так наверняка заждался.

— Все так, Алиса, — улыбается Миронов. — Я завтра выезжаю и хотел лично вас поблагодарить.

— Не стоит, это моя работа.

Постоялец вмиг становится серьезным, даже взгляд темно-карих глаз меняется:

— Вы не правы, просто хороших работников много, а вот хороших и отзывчивых людей среди них при этом куда меньше, и вы одна из них. Мне было весьма комфортно в «Астории» во многом благодаря вам, Алиса.

Миронов сует руку в карман пиджака и достает оттуда конверт.

— Держите.

Я качаю головой. Чаевые обычно оставляют не так и не в конвертах. Может, это какая-то проверка или какой-то намек? Но нет, он вроде бы смотрит на меня вполне открыто, без всяких там задних мыслей.

— Берите-берите, я от чистого сердца. Помните, как бегали в аптеку, когда я разболелся, как ксерили мне бумаги? Как догнали меня на улице, когда я умудрился выронить телефон? А там, между прочим, были очень ценные данные. Если бы потерял… Ладно, что об этом теперь, — машет он рукой. — Да и так, помогали по мелочам.

Если честно, я не забыла разве что телефон, а остальное мозг предпочел не сохранять: частенько помогаю жильцам с мелкими просьбами, разве все упомнишь?

— Не обижайте меня отказом, Алиса.

И я сдаюсь, беру конверт и пихаю его в сумочку.

— Спасибо, Олег Данилович.

— И вот еще что.