Третий приступ за месяц, и упрямая баба отказывается уходить на лечение. Теперь я её лично упеку в клинику, и неважно, что наши отцы дружили. Не хватало, чтобы она здесь отъехала на тот свет.

У кабинета Завьяловой царит настоящая паника, так что мне приходится продираться сквозь толпу перепуганных людей, прежде чем я, наконец, оказываюсь в офисе зама.

Первым делом мой взгляд цепляет лежащую на полу Свету. Затем фокусируется на девушке рядом. Она пытается удержать Свету на боку, чтобы та не заваливалась на спину. Затем заправляет тёмные прядь волос за ухо и поворачивается в мою сторону, вперив в меня тёмные оленьи глаза, переполненные страхом и паникой.

— Она… начала задыхаться. И я… — начинает объяснять девчонка. — Я перевернула её…

— Всё ты правильно сделала, — присаживаюсь рядом со Светой. — Ты на собеседование пришла?

— Да, — кивает девушка, закусив губу. — Я не знаю, что произошло. Она вдруг закричала и упала, потом начала биться в судорогах… Я позвала на помощь, затем перевернула её.

— Это приступ эпилепсии. Ты действовала правильно. Как тебя зовут?

— А…Асти, — дрожащим голосом отвечает девчонка.

Видно, что сильно напугана, но держится. Имя необычное, но сейчас нет времени об этом размышлять.

— Асти, у меня к тебе просьба, найди на столе какой-нибудь платок или салфетку. Посмотри в ящиках, если что.

Кивнув, девчонка вскакивает на ноги и подбегает к столу.

— Инга, — рявкаю помощнице, которая всё это время в приступе бешеного страха топчется на пороге кабинета. — Что там скорая?

— Едет, Марсель Рустамович. Позвонила ещё раз. Три минуты и будет.

— Распусти пока всех, кто пришёл на собеседование. Скажи, что о времени повторного им сообщат по телефону.

— Слушаюсь! — Инга вылетает из кабинета, а девчонка, которую я попросил найти салфетки, вновь присаживается рядом.

— Вот, нашла влажные, — протягивает мне пакет.

— Подойдёт."

"Вытянув одну салфетку, заматываю пальцы и пытаюсь открыть рот Свете. Зубы плотно сжаты. В носу и во рту полно пены и скопленной слюны.

— Она не умрёт? — шепчет Асти.

— Будем надеяться, — стреляю взглядом в девчонку. — Придержи подбородок. Надави вот здесь пальцем.

Девчонка покорно выполняет все указания, и мне удаётся прочистить дыхательные пути Завьяловой, которая с каждой секундой синеет ещё больше.

В прошлый раз, скорая еле успела её откачать. Если не поторопятся, то сегодня всё закончится фатально.

— Я один раз такое видела. С девушкой в магазине. Её смогли спасти, — шепчет девчонка, вновь уперев в меня тёмные глаза.

— Хорошо, что ты вовремя её перевернула и не дала задохнуться или захлебнуться слюной.

Я не мастер по успокоительным беседам, но не хватало ещё, чтобы у этой мышки началась паническая атака, так что приходится говорить с ней.