– Увезти и просто свалить на кого-то? – севшим голосом озвучиваю я. – Взять их жизни и воспитание на себя? Невозможно. Осознаю это очень четко. А что мне делать с чувствами. Это же дети, у них будет и злость, и отчаяние и, может быть, даже ненависть? В этом возрасте взывать к голосу разума бесполезно. Боюсь, меня ждет весьма обширный спектр эмоций и их последствий.

– А бросить здесь разве сможешь? – Капитан, подняв брови, смотрит на меня проницательно. – Так и думал. Выход найдем. Со всем можно справиться. Кроме смерти.

– Просто не будет. – Прислоняюсь к стене рядом с Харшшадом. Дождь уже едва моросит, приятно остужая горящую кожу. – Но ты прав. Как я буду жить дальше, зная, что ничего не сделала, чтобы их спасти? Мне нужно поговорить с ними снова.

***"

"– Давайте спокойно обсудим. У меня есть к вам вопросы. Так же, как к Рин и Тиму, – вернувшись хочу сразу решить, как поступить дальше. – Вы же понимаете, что никогда больше не встретитесь. Такой возможности нет. Мы улетим и на этом все. Вы даже знать не будете, как живут другие члены вашей семьи. Никогда не увидите и не услышите друг о друге.

Джек и Хельга, белые как полотно, кивают. Как и Тим.

Рин же не отлипает от женщины и так жалобно скулит:

– Нет, нет, мама, нет. Не отдавай меня.

Не представляю, как быть. Как оторвать девочку от матери? Смогу ли набраться мужества, стать причиной такого большого горя для нее.

Наверное, они поймут, когда вырастут. А может, и нет.

– Хельга, Джек, я не могу их забрать насильно. Не смогу стать им матерью. Я не самый подходящий вариант. Пусть и единственный. Мне тоже нужно кое с кем посоветоваться. А вы снова хорошо подумайте. Сейчас я не останусь у вас. Но завтра обязательно вернусь. – Крепко обнимаю Хельгу. – Я знаю, зачем ты делаешь это. И сколько сил тебе нужно. Но прошу, подумайте снова. Поговорите с детьми, – шепчу я ей.

– Мы сделаем, как скажет папа, тетя Рай. – Ко мне решительно подходит Тим и отдирает Рин от мамы. – Мы поедем с тобой.

И смотрит на меня так твердо и так смело. Невольно улыбаюсь, вспоминая себя в его возрасте.

Ерошу светлые выгоревшие волосы детских макушек.

– Возможно вылечить ему ногу? Чтобы он ходил нормально? – тихо спрашивает меня Джек.

– Шансы велики, Джек, – уверенно заявляю я.

Особенно в шайраской капсуле, думаю уже про себя. Были бы это две девочки, мы бы легко пристроили детей на Патале под надежным присмотром семьи Шана. Но при текущих правилах шайрасы не забирают к себе ни мужчин, ни даже маленьких мальчиков.

– Договорим на улице. – Не спрашивая, Джек выходит наружу. И я за ним, оставляя Хельгу с детьми внутри грота.

– Я знаю, мы попросили тебя очень о многом, – хрипло начинает он.