К полудню по громкой связи объявили, что мы приземляемся в столицу Пруссии — Кенигсберг. До посадки осталось пятнадцать минут.

Мы все собрались у меня в комнате, так сказать, «на чемоданах» и просто ждали.

Я пересел к окну и наблюдал за столицей. В моем мире эта страна называлась Германией, но тут ход истории пошел по другому направлению, что и будоражило мое воображение.

Появились первые небоскребы. И это меня удивило еще больше. Вспоминая, как выглядит Москва в этом мире и, сравнивая ее с моей, я ожидал увидеть от города приземистые здания, сделанные из камня и кирпича.

Узкие улочки и мощенные камнем тротуары. Да, немного отдает средневековьем, что это же мои ожидания.

Однако Кенигсберг оказался намного современнее, чем я предполагал.

Стеклянные небоскребы уходили высоко в небо. Широкие многополосные улицы с кучей машин. Магазины, рестораны, клубы, ночные заведения и много чего еще.

Вокзал, куда мы приземлились, занимал целый квартал. Железные пути со всех сторон, как паутина, что с высоты придавало ему странные очертания.

— У кого какие планы на вечер? — спросил Звездочет.

— Как насчет отметить приезд?

— Я «за»! — быстро поднял руку Трофим.

— Я тоже не против, — кивнула Маша.

— Эх вы, заставляете участвовать авантюрах, — улыбнулся я. — Ладно, посидим в каком-нибудь кафе. Только вы выбираете, я тут впервые.

Трофим хлопнул в ладоши и как сытый кот улыбнулся.

— Без проблем! Знаю я тут парочку отличных заведений!

Тем временем мы благополучно приземлились и нам объявили, что все пассажиры могут покинуть дирижабль.

На перроне нас ждал невысокий мужчина в строгом костюме с зализанными гелем черными волосами, гладковыбритым лицом и дежурной улыбкой.

Осанка прямая, хоть по линейке смотри.

— Добрый день, господин Кузнецов, — на вполне неплохом русском языке поздоровался мужчина. — Меня зовут, Йохан Либерт, но вы можете звать меня просто Йохан. Я ваш куратор на Мировой Универсиаде. По любым вопросам можете смело обращаться ко мне. — Он перевел взгляд на остальных. — Госпожа Кутузова, вы как всегда, прекрасны. Господин Звездочет, рады вновь приветствовать у нас в стране, — и он посмотрел на Трофима.

— Простите, не знаю вашего имени.

— Трофим, просто Трофим, — кивнул он, так же выпрямившись и кивнув.

— Добрый день, — поздоровался я.

— Позвольте проводить вас к кортежу, — он отошел в сторону и, слегка наклонившись, показал направление.

— Вы что, знакомы? — спросил я у Маши, пока мы шли к машинам.

— Нет, — ответила она шепотом. — Первый раз вижу. Но, скорее всего, это из-за отца. Все же его много где знают, да и я часто с ним катаюсь.

У выхода нас встречали кортеж из трех машин.