Чего только не изобретали: и подкоп делали и крышу разбирать пытались и в стене доску сломать… А ты чего это так заинтересовался?

- Да есть у меня одна мыслишка!

И я поведал товарищам свой коварный план.

- А что, – расхохотался Рик, – пожалуй, что получиться! Такого ещё никто не пробовал.

- И назовем мы всё это дело – «Операция Ы». – закончил я свой рассказ.

- А почему «Ы»? – одновременно спросили десятники.

- Чтобы никто не догадался! – ответил я в духе вороватого героя из бессмертной гайдаевской комедии."

"Единственным слабым местом в моём плане было наше отсутствие в расположении роты, в случае если объявят общую тревогу из-за нaступления тварей или если командование устроит внеплановые учения.

М-да... Вдруг война, а я уставший, э-э, в смысле – а нас нет. За такое дело по законам военного времени и дезертирство впаять могут. А с дезертирами в империи разговор короткий – верёвка через сук и … здравствуй дерево.

В петле как-то никому болтаться не охота, поэтому мы решили подстраховаться. Во-первых, решили, что устраивать продразвёрстку идёт ваш покорный слуга (ха, кто бы сомневался) и Спок. Рик остаётся в роте на связи и будет по возможности прикрывать от нас начальства, если что.

Во-вторых, Рик устраивает мне на после послезавтра дневное дежурство на вышке, что бы ночью я был свободен. В-третьих, на завтрашнюю ночь Спок припахивает Руфа,и тот показывает ему дорогу до заветного сарайчика.

Обсудив ещё несколько вопросов, касающихся подготовительных мероприятий перед основной операцией, мы с Барисом пожелали десятникам спокойной ночи (здесь на Рубежу это пожеланием имеет особое значение) и откланялись. Нам еще предстояло отправляться на вышку, где нас ожидало долгое ночное дежурство.

Э-эх, жизнь!

Спустя два дня

На дело, как водится, в таких случаях, вышли ночью…

Спустя час после отбоя, когда в казарме затихли последние разговоры, а им на смену пришли сопение, храп, и другие звуки и… э-э запахи, умаявшегося за день народа, мы со Споком быстро собрались и двинули к выходу.

Проходя мимо солдата, дежурящего у выхода из казармы в неровном свете масляногo светильника, десятник сунул ему под нос кулак и в двух словах объяснил, что мы ему снимся. Дежурный понятливо кивнул головой,и даже услужливо открыл перед нами дверь, ведущую на улицу.

Надо же, похоже, что в лице Спока Гильдия магов потеряла великого мага Разума!

Мысленно усмехнувшись собственной незатейливой шутке, я с удовольствие вдохнул полной грудью чистый ночной воздух и, запрокинув лицо вверх, подставил его мелким каплям осеннего дождя.

Как же хорошо!

После незаметного (когда придышёшься) портяночного кумара казармы, свежий воздух улицы ударил в гoлову не хуже стакана крепкого вина, вызывая состояние легкого опьянения.