А ещё внезапно для себя и окружающих, узнал, что являюсь лучшим другом прапорщика Куркулёва. Причем это не мои слова, а его! Вот он рядом стоит, меня провожает,только что платком вслед не машет. Сам радостный такой, как будто у себя на складе нашел несколько ящиков с неучтенной сгущенкой!

То, что городок расположен на таком расстоянии от рубежа – это необходимoсть, продиктованная военным временем. Зачастую при атаке из Зоны заклинания перелетают через рубеж на двести-триста метров, поэтому вся инфраструктура задвинута подальше в тыл. В спокойные дни на нашем участке рубежа несет службу половина роты, а при объявлении тревоги, свои места на валу занимают все.

Сегoдня нам выделили день на отдых и обустройство, а также знакомство с защитным сооружением, а уже завтра мы впрягаемся в местную службу по полной программе, сменяя другое подразделение.

Пожелав интенданту хорошего дня и радуясь заключенной с ним сделке, особенно полученному десятку пустых целительских накопителей, я только собрался отправиться к нашей казарме, как навстречу, непонятно откуда, вырулил сотник Игтам.

- О, здравия желаю товарищ сотник! А вы какими судьбами? – настроение прекрасное и позитив из меня так и прёт, поэтому откровенно дурачась, я сделал несколькo строевых шагов и стукнул кулаком в грудь, по новенькому, блестящему маслом, доспеху.

- Вот это ты прибарахлился! – сотник присвистнул и с удивлением принялся разглядывать мою совершенно новую для мух экипировку."

"А посмотреть есть на что! Её качество на порядок выше той, что нам выдали в тренировочном лагере. Да что там, даже доспех, одетый на сотника, ей уступает. Про сапоги и не говорю даже.

- Да вот, – развожу руками, – само оно как-то получилось.

Прапор…, э-э,интендант Куркул, вник в мою непростую ситуацию и подыскал мне новый доспех.

Сотник кидает удивлено-вопросительный взгляд на не успевшего скрыться в оружейке пройдоху интенданта.

- Т-а-а-к! А мне сказал, что для меня нет ничего! – и, цокнув языком, нехорошо прищурился, сверля прапoра взглядом.

Тот, поняв, что спалился на горячем, поначалу задёргался, а потом радостно оскалился и выдал, что вот прямо только что привезли. А он, – тут он выпятил грудь вперед, – беспокоясь о господине сотнике,и помня их договор, как раз отправлял меня, на его поиски, что бы значит донести эту радостную весть .

Ага, а тут он – какое счастье, сам пришёл!

Вот прохиндей, а! – я с восхищениeм наблюдал за игрой прапора. Чешет, как по писанному! Думаю, что даже старик Станиславский бы купился.

Но Игтам, не Станиславский – он в такие случайности не верит, тем более что это я, лично, пять минут вызвал его к входу в оружейку. Выбрал момент, когда прапор нырнул в закуток за моим новым щитом и вызвал.