И что? Проезд закрыт для всех. Таков приказ князя Карамурзина. Если кто-то попытается прорваться, то мы имеем право открывать огонь на поражение.

Дункан опешила от такого идиотизма. Кажется, солдатики заигрались.

— А ниче, что это имперская машина, и ее уничтожение равно нападение на имперское имущество?

— Приказ князя!

Тут уже и Люся не выдержала и вылезла.

— Эй, уважаемый, а с каких это пор слово князя выше, чем слово царя? — спокойно произнесла она.

— У нас нет никаких разрешений на пропуск машин. Вообще никаких!

Люся невозмутимо посмотрела на Дункан и кивнула. Та кивнула в ответ и прошла к двери.

— Умничка, девочка. Вали, пока взрослые дяди тебя не отшлепали, — засмеялся второй солдат, сидящий на турели.

Дункан открыла заднюю дверь и потянулась к мечу.

— Я же имею право? — тихо спросила она у Люси.

— Право отстаивать женское достоинство, — повернулась к ней Люся. — Да и судя по тому, что ты хочешь сделать, никто и не узнает, что тут произошло. А я никому не скажу.

И застегнула «молнию» на губах.

— Ты мне кажешься уже не такой вредной, — улыбнулась Дункан и, достав меч, побежала на солдат.

Те не успели понять, что произошло, как Дункан кинула два кинжала в турель. Один засел в поворотном механизме, второй попал точно в дуло. И кажется, этого не увидел стрелок.

Как только Дункан оказалась на линии огня, поднырнула под ствол. Первым движением разрубила дуло пополам, вторым снесла голову одному из солдат. Остальные повыскакивали из машин и передернули затворы.

Стрелок попытался открыть огонь из пулемета, но раздался взрыв и весь механизм взлетел на воздух вместе с военным.

А Дункан уже металась от солдата к солдату, демонстрируя Люсе, за что она удостоилась чести быть партнером Есенина.

За минуту все были мертвы, а довольная Дункан открыла заднюю дверь, кинула меч и села за руль.

— Впечатлена… — кивнула Люся. — Очень даже. Где выучила эти приемы?

— Ну знаешь, то тут, то там. Всего по чуть-чуть, с миру по нитке, как говорится, — отмахнулась она и завела мотор. — Ишь ты, решили преградить дорогу имперской машине! Деловые!

— Может, не стоило их убивать?

— Что? — приподняла бровь Дункан. — И это ты мне говоришь? Ты же из отряда Кузнецова? Не тебе говорить о милосердии. Сейчас у Карамурзина идет война. Так что либо мы, либо они.

— Но мы же…

— Миша и Маша мои друзья! Они мне помогали. И если в моих силах им помочь, то можно сказать, что в этой войне я тоже участвую.

— Ладно, — пожала плечами Люся. — Нам еще двадцать минут добираться.

«Ха, девчонка. А ты куда интереснее, чем кажется на первый взгляд. Я могу сделать тебя еще сильнее!» — раздался голос у нее в голове.

Странно, но до этого он молчал уже несколько дней.

В следующую секунду рука дернулась и повела руль. Но Дункан сосредоточилась.