Лучше бы ее, конечно, чем-нибудь усыпить, вот только жертва должна быть в сознании. Девчонку била мелкая дрожь, которую даже не могло остановить заклятье стазиса. Ладно, неважно, все равно она никуда не сбежит.

Но этот ужас в глазах... Мерзость какая. Мне это вовсе не доставляет удовольствия, но я ни на минуту не позволяю себе забыть, для чего я все это делаю. Поэтому стараюсь по возможности отрешиться от всех эмоций, щелчком пальцев заставляю свечи вокруг вспыхнуть. В полумраке горящие огни выглядят зловеще. Я заношу ритуальный кинжал и.

Кричу, судорожно пытаясь освободится от пут."

"- Ами! - сильные руки удерживают меня, не дают в панике убежать. Встревоженный голос. Такой знакомый, такой родной. - Амелия! Что? Что?

Обеспокоенный тон, такой непритворный, что хочется прижаться к теплому телу, обнять, как мягкую игрушку, и скрыться от всех бед. Горячие пальцы проводят по моим щекам, стирая слезы, а я вдруг осознаю, что это Николас меня удерживает. Мы все так же стоим посреди кладбище, такого почти уже родного и уютного. Где нет никаких убийств, а я не ощущаю себя тем мерзавцем, что с полнейшим равнодушием убивает людей.

Вместо ответа я сделала то, что вообще мне несвойственно, но чего мне сейчас, в данную минуту, хотелось до безумия: прижалась к некроманту, пытаясь согреться. Меня обняли и погладили по волосам. И глухим, каким-то словно безразличным тоном спросили:

- Что это было Ами?

Вопрос, на который я не готова отвечать, но избежать этого все равно не смогу. Поэтому я тихо-тихо, практически в самую рубашку Ника проговорила.

- Это было видение, Ник.

- Что?! - в его голосе слышался шок. А потом нервное. - Только не говори, что ты тоже пророчица.

Тьма! От отчаяния мне захотелось стукнуть себя ладонью по лбу. Вот как, как я не подумала о том, чтобы обратиться к Вайолет? Почему бы не доверить все дело профессионалам, а не моим разработкам? Ведь, казалось бы, чего проще - обратиться к кузине. А я.

- Боже упаси, нет, - с облегчением сказала я. И поняла, что пришло время признаваться. Просто потому что иначе будет совсем плохо. И морально, и физически. Я знала, что это заклинание высосет из меня огромное количество сил, но другого выхода просто не видела. И решила начать с покаяния.

- Я даже не подумала, что к ней можно обратиться, - призналась, не глядя на него. Руки, обнимающие меня, сжались чуть сильнее, и Ник спросил:

- И что тогда это было? Что ты сделала, Ами?

Тон был обманчиво-мягким, но я невольно поежилась. Я знала, что ему это не понравится. С самого начала знала. Не надо было делать этого при нем. А, с другой стороны, если бы я тут была одна? Что тогда? Валялась бы в обмороке посреди кладбища, пока меня не приняли за очередной труп и не закопали бы?

- Это была моя собственная разработка.