— Слушай, почему ты такой мудак?

— Задушу, тварь! — вскочил с перекошенным лицом.

Хватаю со стола бутылку и разбиваю об столешницу. В руках остается горлышко, с острыми ломаными краями.

Махом ведь протрезвел! Губы белые, глаза по полтиннику. Трясется, как припадочный.

— Тшшшш! Не надо, — чувствую захват руки и меня обхватывают сзади. В затылок дыхание.

— Матвей! Забери ее или я за себя не отвечаю! — расхрабрился папенька.

Сильно сдавил мне запястье, что осколок выпал из рук. Пятится, вытаскивая из кабинета."

"— Отпустил! — шиплю и пытаюсь вывернуться.

Всадила зубы в предплечье. Брательник рыкнул и откинул меня от себя. Тяжело дышим оба. Глаза в глаза.

— Ты чего в трусах расхаживаешь? — показываю рукой на это непотребство.

— На себя посмотри!

— Ну, смотрю… отличная пижамка в ромашках, — хихикнула, закрыв рот.

— Иди спать, психопатка!

— Будут мне всякие, в труселях, указывать! — разворачиваюсь и иду, куда шла, за водичкой.

О! Йогурт нашла! — закрываю холодильник, за дверью которого обнаруживаю брательника.

— Иди нахрен! Я первая нашла! — открываю, облизываясь и ищу подходящую ложку.

— Ночной дожор? — плотоядно смотрит на мой стаканчик вкусняшки.

— Угу, — присаживаюсь на высокий барный табурет и болтаю одной ногой от удовольствия.

— Жмотяра, — насупился брательник.

— Не будь дятлом! Посмотри в холодильнике, там второй есть, — показываю направление ложкой.

— Я реально не втыкаю, почему ты так изменилась? — пытается завести разговор.

— В меня вселился бес! — сообщаю не такую уж и не правду. — Это вам наказание за все ваши грехи!

— Отец скоро уедет надолго работать. Как жить будем? — сообщает.

— Никак, — спрыгиваю.

— Значит, война? — доносится в спину.

— Ты рассчитывал на что-то другое? — кидаю через плечо.

6. Селфи у бассейна

— Вов, пробей мне всю эту семейку!

— Хорошо, М..Рита. Как ты там? Будет край — сообщи! — переживает друг.

— Не смеши меня! Школа выживания мной сдана ""на отлично""!

— Да, помню я, — вздыхает. — Того и боюсь, что у тебя башню снесет.

Вова прав. Могло и переклинить. Острое чувство справедливости никогда не давало мне покоя. Могла рвануть по встречке. Одна. Против всех. Не легко мне давались успехи в бизнесе, где любая подлость считается — чисто конкуренцией. Только зазеваешься — сожрут и костей не оставят.

— Отошел! Это мое! — забираю заказанный ноут у службы доставки.

— Все-таки, отец прав! Папика себе нашла, — зло выдает Матвюша. — Могла и у меня денег попросить…

— Сколько надо километров на коленях проползти, чтобы выпросить у вас хоть копейку? — распечатываю коробку, чтобы проверить свое приобретение.