Неудачное замужество превратило меня в тень, лишь в подобие женщины. Это так ужасно, стать ярким примером того, как мужчина, который находится рядом с женщиной, может ее либо уничтожить, либо сделать все, чтобы она сияла. И тогда хочется летать, хочется любить…

В последнее время я особенно много думаю об этом. Мне есть с чем сравнить. И я понимаю, насколько тяжело вылезти из раковины, в которую меня загнали, вернуть себе уверенность, ту самую, тоже чисто женскую. Но я стараюсь, мне хочется этого. Хочется снова дышать полной грудью, хочется доверять. Я ведь нормальная! У меня нет проблем со здоровьем, я смогу иметь детей с правильным… с по-настоящему своим мужчиной.

Но мой бывший муж так грамотно вложил в мою голову мысли о неполноценности, что я и сама не заметила, как поверила в это.

Покачав головой и рассмеявшись, скидываю всю одежду на пол. Мать заглядывает в мою комнату.

— Это еще что? — недовольно спрашивает она.

— Меняю свою жизнь, — пожимаю плечами.

— Устраивая бардак в комнате?

— Да, — улыбаюсь маме. — Мне так хочется.

Она цокает языком и уходит, а я сажусь на кучу одежды и чувствую, как от избытка эмоций накатывают слезы.

Ну и пусть. На эмоции я тоже имею право, у меня подруга психолог, она точно все об этом знает.

Перебрав одежду, возвращаю в шкаф лишь несколько вещей, остальное без сожаления заталкиваю в мусорные пакеты и выношу в прихожую. По классике еще надо постричь и покрасить волосы, но мне нравятся мои длина и цвет, их я, пожалуй, оставлю.

Чувствую некоторое облегчение, будто я не от одежды избавилась, а от груза прошлого. Еще бы бывший свалил и было бы все прекрасно, а мы с Миром со всем справимся. Должны!

Такие размышления помогают на время не думать о плохом.

Я готовлю суп, слушая, как мама смотрит телевизор или ходит по квартире, не появляясь на кухне.

Замечаю, как половник в руках все же подрагивает. Совсем не волноваться за моего Волчонка я не могу. Вспоминаю циничный взгляд Дамира, ту девчонку и напряженный вопрос от Мирослава про доверие.

«Я верю тебе. Верю, слышишь?» — мысленно отправляю ему. — «У тебя все получится»

Я надеюсь на благоразумие Лешего и Орлова. Эти двое действительно любят свое дело и берегут репутацию клуба, игроков, собственного имени. Они должны во всем разобраться.

А чем могу помочь я?

Пока не знаю…

— Двадцать семь лет. — Мать начинает говорить со мной настолько неожиданно, что сердце подпрыгивает к горлу, а затем падает прямиком в низ живота и перепугано колотится там. — Ни мужа, ни детей. Был нормальный мужик рядом, упустила. А умная баба тут же забрала и уже беременная.

Я замираю на несколько секунд, а затем медленно поворачиваюсь к маме, в принципе, единственному кровному родственнику, самому близкому, от кого всегда ждешь поддержки, но не в моем случае.