При смерти ее сознание уносится в ближайших людей рода Горнорудовых. Такова ментальная программа этой защиты.

— Допустим, но что значит «в ближайших»? Могла баронесса поделиться между всеми гвардейцами усадьбы?

— Исключено, — заверяет девушка. — Только в пределах пяти-десяти метров. Поэтому в опасное время мама всегда держала поблизости кого-нибудь из гвардейцев.

— Гена оказался не лучшим выбором, — замечаю. — А баронесса пробовала эту ментальную программу при жизни? Проводила ли тестовый запуск?

— Она говорила отцу, что да, это не сырая программа, — отвечает Настя и поджимает губы. — Ты говоришь, что фрагментов больше двух. А в детской помимо мамы, врагов и гвардейцев находилась…

— Ты тоже человек рода Горнорудовых, — усмехаюсь. — Девочка-Которая-Выжила.

Настя замирает. Я же тем временем сканирую защиту девушки. Щиты неплохи, но за полчаса я их смогу вырезать без сильных трудозатрат, словно камнерезная машина.

— Мама также находиться и во мне? — барышня замирает и касается своего лба. — Здесь?

— Кто знает? Надо проверять. Я это сделаю, как только ты разрешишь убрать щиты.

— Убрать? — хлопает она глазами. — То есть ты сам уберешь мои щиты? Но как?

— Неужели ты забыла? — в свою очередь удивляюсь я. — Я же могущественный телепат, который скоро вернет к жизни твою маму.

Девушка пораженно смотрит на меня, потом улыбается с надеждой.

— Если маме действительно во мне, это было бы здорово.

— Меня волнует вот что. Неужели за столько лет ни один телепат не догадался посмотреть твое сознание? Это же не так уж и сложно — предположить, что фрагментов больше двух.

— Ну мы все думали, что их, правда, два, — мнется Настя. — Никому в голову даже не пришло, что их больше. А как ты сам пришел к этому?

— Э-э, да просто, предположил, — теперь моя очередь мяться."

"— Понятно. — Фух, поверила. — Но обязательно ломать щиты? Можно позвать нашего телепата, — предлагает Настя. — Он ставил щит и ему легче будет их снять.

— А он в усадьбе?

— Нет, он сейчас на окраине наших земель, — вздыхает барышня. — Два дня пути.

— А у нас всего шесть дней до того, как карета снова станет тыквой, — замечаю. — И если потерянный фрагмент есть не в тебе, а в ком-то другом, то времени на его дальнейшие поиски останется очень мало, — делаю паузу. — Я понимаю, ты не сильно доверяешь мне…

— Да что такое ты говоришь⁈ — возмущается она. — Как я могу тебе не доверять⁈ Я тебе вообще-то зайца под дверь положила!

Хм, видимо, у волков это весомый аргумент.

— Действительно, — медленно произношу. — Последнее я не учел. Значит, пробуем?

— Да, — она подходит ближе. — Что делать?

— Можешь полчаса спокойно посидеть, — указываю на каменную скамейку у стены.