Не полностью, но трещины отчетливые. Я палюсь? Да нет. Сойдет за здорового одаренного в ярости, каким я и являюсь. Человек под адреналином способен и на большее.

— Даня! — встревоженный крик Светы.

Разок бью княжича по печени и резко отталкиваю подальше от себя. А то еще пырнет какой-нибудь острой ледышкой.

Белые осколки сыплются с его руки, сам княжич со страхом, болью и недоумением смотрит на меня. Тело его заваливается, он с трудом удерживается. Еще один придурок Айсмен. И почему среди ледовиков повышенный процент сволочей? Мне просто везет или это как-то связано с видом магии?

Я хищно оскаливаюсь. Пытаюсь выглядеть бешеным. Таков расчет.

А как иначе? Если кинется, придется драться по-настоящему, а потом разгребать гору последствий. Поэтому главное сейчас — показать, что я готов хорошенько начистить ему рожу и надавать по почкам. Паскевич испугается за свою репутацию и не сунется. Быть на людях избитым простолюдином — для аристо тот еще позор. Пока же никто еще ничего не видел. Со стороны выглядело, что Паскевичу не удалось меня огреть, а потом он отскочил.

— Убирайся, — баюкая ушибленную руку, княжич решает спустить всё на тормозах. — Я тебя отпускаю.

— Премного благодарен. Но ухожу я сам, — насмешливо фыркаю и неторопливо иду к машине, по пути прихватив за локоток выскочившую Светку.

Когда наконец усаживаемся и трогаемся, блондинка тяжко вздыхает:

— Похоже, ты завел еще одного серьезного врага, Даня.

— Паскевич давно ко мне неровно дышит, — пожимаю плечами. — Пока что его сдерживает собственный род. Связываться с Морозовыми — себе чревато, а я считаюсь их партнерами. Надеюсь, так будет и дальше.

— И чего он только пристал к тебе! — стонет девушка и кладет голову мне на плечо.

Я бережно глажу ее по руке.

— Такова природа мерзавцев. Они ищут белых ворон и накидываются на них. Но ничего страшного, я разберусь с этим. — Возможно, придется даже звякнуть князю Морозову. Вернее, его шурину Борзову. Да, так и сделаю сегодня же вечером. Мягко потребую вмешаться. Все же я выполняю заказ Морозовых, а это что-то да значит. Ситуация с Паскевичем может выйти из-под контроля, а подвергать опасности моих близких не входит в мои планы.

— Знаю, что разберешься, — вторит моим мыслям Света, расслабившись и прикрыв глаза.

Мы приезжаем в гостиницу, поднимаемся к нашим номерам. Ого, дверь мне заменили и теперь я могу теперь спать у себя.

— Даня, ты не хочешь остаться на ночь у меня? — робко спрашивает блондинка.

Хм, спать у себя на мягкой перине или же предпочесть гостевой диван в чужом номере? Что же выбрать?

Но тут я замечаю надежду в голубых глазах Светы и со вздохом отворачиваюсь от двери своего номера:

— Можно и у тебя.