— Как понимаю, он твой спутник? Вы ведь оба без пары… — К моему удивлению и его недовольству, Маша ничего не возражает. — А как вы познакомились?

— Даня спас меня в вечернем парке от бандитов, — спокойно сообщает княжна, хотя до этого уверяла, что сама бы разобралась с теми гопниками. — Как видишь, сословие и человеческое достоинство — вещи совсем невзаимосвязанные. — А, понятно, она просто хочет уесть Паскевича.

Только глупо было так поступить. Очень глупо. Ведь сейчас этот хмырь привяжется ко мне.

— Наверно, ты права, Маш. — Неужто я ошибся? — Заступиться за даму — действительно благородный поступок…Но что вы делали в парке вдвоем?

— Ничего, — пожимает плечами Мария, и это прозвучало так двусмысленно, что сейчас точно что-то будет. Княжна же, осознав, как это видится, и беспокойно взглянув на меня, спешит добавить: — Мы там познакомились.

И конечно, зря она так. Лучше бы вообще не начинала. Ох, чую я ворох будущих проблем.

— Хм, — Паскевич водит глазами по залу. — Ну, раз так, тогда ладно. — Прокатило? Фиг там. — Данила, да? А может схлестнемся в типа дуэли? — Говорил же. — Нет, понятно, ты простолюдин и тебе поединки за честь до лампочки. — Он меня обидеть что ли хочет? — Но пойми, мы с Машей, вроде как, тогда еще встречались, а вы в парке гуляли вдвоем. Это ерунда, я не ревнив. Но другие тоже в курсе, и я выгляжу не очень. — Кивок в сторону княжон и княжичей. — Думаю, формальное соревнование решит наш вопрос. Как считаешь?

— Не думаю, что у тебя есть хоть малейшее разногласие с Даней, Дмитрий, — говорит Маша. — Ты сам сказал, мы с тобой больше не встречаемся.

— А тут мы с Данилой без тебя разберемся, Маш.

Морозова хмурится, а за ней и Настя с Михаилом, а также Лиля с Павлом.

Я же улыбаюсь.

— Верно, Ваше сиятельство, мужской спор должен решаться без женщин.

Нет, мне на самом деле выгоднее сейчас решить вопрос, чем иметь во врагах обозленного княжича. Даже согласен проиграть ему. Пускай тешит свое самолюбие.

— Я в поединках не силен, — делаю растерянное лицо. — Ваше сиятельство, у вас есть предпочтение?

— О, спасибо, Данила, — благодарно кивает Паскевич. — Раз ты столь вежлив, не будем устраивать мордобой и поножовщину. Тем более, раз Маша против. Покидаем ножички, — он достает мобильник из кармана пиджака и набирает, видимо, своего водителя. — Принеси коллекцию, — сбрасывает звонок. — Я хотел немного позже просто показать свое африканское приобретение. Но раз ситуация повернулась так интересно, задействуем его в деле.

Вскоре появляется слуга Паскевича. Приносит он ящичек с африканскими кинжалами. Хорошие ножи, добротная сталь. А еще они метательные — нет заточки и острых граней, чтобы не порезаться во время броска.