Он конечно, измененный, похоже, через тряпку какую-то говорили, но все равно, если бы это был кто-то, кого я хорошо знаю, я бы поняла. Да, а почему вы сказали, что девушек в съемках заставил принять участие оперативник?

Лунин пожал плечами:"

"— Это всего лишь мое предположение. Я, конечно, могу ошибаться. Но знаете, что я запомнил вчера? Точнее, это одно из последних моих вчерашних воспоминаний.

— Что же вы такого смогли упомнить? — вздохнула Шестакова. — Как уронили со стула Ольгу Дмитриевну?

— А я ронял? — расстроился Илья. — Не важно! Я помню, что Головков подсаживался ко мне за стол и предлагал с ним выпить.

А это значит, что он вполне мог подсыпать мне этот самый трихлорфенил.

— Ну да, раз вы с ним пили, это, конечно, аргумент весомый. А ничего, что вы вчера пытались выпить на брудершафт почти с каждым из присутствующих гостей? Лунин, я, если честно, не понимаю, как вы вообще сегодня на ногах стоите, вы и без всякого фенила должны были отравиться и помереть.

— Вы этого так хотите? — растерянно пробормотал Лунин.

— Господи, да ничего я не хочу, — Ирина всплеснула руками, — я хочу спокойно вести расследование, а с вашим участием это все превращается в какой-то аттракцион.

— Луна-парк, — всплыло в голове Ильи, казалось, уже почти забытое название из далекого детства.

В кабинете незаметно появился Аркадий Анатольевич. Исподлобья оглядев застывших в возмущенном молчании Лунина и Шестакову, он едва заметно усмехнулся.

— Все бранитесь? А я вам уже заключение подготовил, — помахал он листком бумаги перед носом Ильи, — трихлорфенил из вашей крови никуда не делся, конечно, концентрация несколько уменьшилась, но так и должно быть, все же с момента первого анализа прошло больше трех часов.

Дайте-ка паспорт, я внесу ваши данные.

Когда заключение было готово, Илья и Ирина распрощались с Аркадием Анатольевичем и вместе вышли на улицу. Застывшее в зените солнце старалось явить всю свою мощь жителям Одинска, нещадно опаляя город пышущими зноем лучами. Подкравшаяся откуда-то с запада гигантская почти черная туча замерла в нерешительности, словно сомневаясь в своей способности совладать с набравшим полную силу дневным светилом. Наконец она решилась. Где-то далеко, над линией горизонта, блеснули первые залпы далеких молний, а затем, почти с минутным опозданием, послышалось гулкое, постепенно нарастающее громовое «Урааа!».

Природа пошла в атаку на саму себя.

— Лишь бы града не было. — Задрав голову, Илья рассматривал первую, еще пока светло-серую волну облаков, коснувшуюся солнечного диска.

— Так за свою машину боитесь? — съязвила Ирина.

— А вы не боитесь? — удивленно посмотрел на нее Лунин, и в это же мгновение его смартфон напомнил о своем существовании.