— Иссаэлл, люблю… — подошла к нему, — Твои ноги сводят меня с ума, знаешь? М-м-м…

— Больнее было, когда она ушла… — прошипел Манрокк, — А крылья стоят того, чтобы потерпеть!

— Если… — поймала я глаза гаргула своими, — Если ты никогда больше не дашь повода для сомнений, то никакой боли не будет.

— Да уж понял… Тебе можно, а мне — нет!

— Ты верно понял, с-супруг! — прошипела я, стремительно теряя человечий облик. Да что такое со мной? Крови… — Так ты с-соглас-сен, Снег?"

"— Да, моя бож… Таини, я согласен, — снег с интересом следил за тем, как у меня появляется хвост.

— Ты ж-шелаеш-шь вс-сё сделать наедине? — спросила я, заглядывая в его глаза. Большие, голубые глаза… Могучая шея, сильные руки… Ш-ш-с-с! Крови сейчас-с!

— Да! — твёрдо ответил он, я махнула рукой, попросив всех оставить нас. Манрокк обиженно прошипел что-то. Кивнула на лунна и паука, — З-снаешь, сколько они ж-шдали меня? Вс-се эти мес-сяцы они ждали меня! Им я с-сейчас нужнее… Но ты с-своё получиш-шь… Много ночей…с-се-се-се!

Замер, руки пошли волнами синей кожи. Вернулся к нам.

— Я назад слова не беру, дорогая! Я — твой! Я буду ждать!

— С-с-с-с! Покорный, с-сладкий! — зажмурилась предвкушающе, длинный раздвоенный язык скользнул по его шее. Задышал часто. Не могу удержаться… — Теперь иди, с-супруг мой! Я отдам долг с-своим первым и займус-сь вами вс-семи!

Едва дверь за гаргулом закрылась, по стенам пробежала волна магии. Щит нам просто необходим. Я обползла кентавра по кругу, оценив его стать и мощь.

— Ес-сли хочеш-шь прощальную ночь — скажи! Ес-сли решил сразу разделитьс-ся, тогда я дам тебе с-свою кровь!

Медленно, но верно разливалась краснота смущения по его груди. Тихо пророкотал он, что таки хочет прощальный раз в своём сборном облике. Я довольно посесекала, но от хвоста избавилась.

— Моя божественная! — обернулась, — Я… а так нельзя? — вот это да! Да мы же одинаковые! Экстремалы…

— Мож-шно… — прошипела я и повернулась к нему задней частью хвоста. Описать, как именно всё происходило? Обалденно! Чувствительность в нажьем облике запредельная! Гибкость такая, что людям и не снилась. А уж как кентавр заглядывал себе под круп, чтобы весь процесс отследить и что при этом по связи мне пускал! Это что-то… Мы кричали и сверкали… Я укусила его в ногу. Нет, ну в самом деле, а куда? К его шее тянуться и тянуться, а нога- вот она! Немного дёрнулся, конечно, но бурный оргазм (его), примирил с болью. Я шипела и била хвостом по полу, ощущая волны неистового наслаждения.

— Стой з-сдесь! — приказала я. Ноги снова появились, ими я и побежала за стулом. Поставила его возле мужа, влезла на него. Мы немного отвлеклись от дела, мой копытненький ласкал мои соски и с таким урчанием их втягивал в рот, что я едва со стула не стекла.

Порезала себе руку и протянула ему.