Вода неподвижная, она даже не отразила свет магического пламени!

— Мы не входим в озеро — это смертельно опасно! Крылья под водой.

— Я чувствую их! — едва не плача от близкой победы, я металась на берегу, — Как мы вытащим их?

Все мужья глубоко задумались. Вперёд вышел Рашш.

— Таи! В прошлый раз-с в лаву полез твой горгон. Пусть попробует!

Бат без споров перекинулся и пополз к воде. Едва он опустил туда хвост, как тот зашипел и стал плавиться! А-а! Я тут же с плачем рванула к нему и накапала крови на него.

— Прости! Вылезай, мы что-то другое придумаем! — Бат с удовольствием стребовал поцелуй и ночь.

— Я попробую, — сказал Манрокк, Только добавь чары, милая!

Медленно, явно играя на публику, то есть меня, мой гаргул снял с себя штаны, рубашку, остался нагим и прекрасным. Сильное тело, тело воина. Я вся пошла волнами любви и желания. Понял, возбудился. «Не сейчас!» — прошипел Трой, после чего мой последний муж усилием воли успокоился. Но едва я подошла, чтобы наложить чары на него, снова запылал. Мы долго целовались, млея и постанывая. Я оцарапала себе щёку и щедро поила своего серебряного кровью. Это его ещё больше завело. Щит… Я спустилась к его великолепию, показала свою любовь к мужскому совершенству. Гаргул кричал, стонал, сверкал глазами, вначале несмело, но увидев моё одобрение, стал сильно вбиваться в меня. Смял мои волосы, вошёл весь в последний раз. Сладкий… Последний раз пройду языком по его красивому члену. Готов! Чары теперь всюду!

Щит исчез, мы стояли с Манрокком, уже ставшим гаргульей. Сине-серая кожа, грубая, каменная. Но очертания тела, изящного и красивого, сохранились. Только за спиной появились два широких крыла со стальными, острыми перьями.

Провёл по моим волосам серой рукою, отвернулся и пошёл в озеро. Я закрыла рот руками, чтобы не отвлекать его криком. Только вернись… Волна ответных чувств пришла и погребла под собой. Медленно, шаг за шагом, входил он в воду. Пока всё хорошо. Я уже успокоилась и опустила руки. Ими тут же завладели сайны. Спину успокаивающе гладили Шарри и Ирнанн."

"Мы ждали уже довольно долго на берегу. По связи я ощущала, что мой муж жив, здоров, но сейчас ему очень нелегко. Что-то тяжёлое и неподъёмное тянул он снизу. Наконец, вода вздулась горбом и выпустила гаргула и его ношу! Как он его допёр? Огромный булыжник с впаянными в него крыльями! Он толкал его к нам, я направила воздух ему на помощь. Дело пошло быстрее. Наконец, на берег выпал мой муж и Крылья! Я сначала проверила Манрокка, а потом подошла к глыбе. Одно перо вылезло из глыбы, и его оплавила кислота, представляющая собою озеро.

— Милая… Скоро ты взлетишь снова! — плакала я, оставляя гербарий и тут. Огонь послужил и на сей раз: глыба треснула, перистые крылья мерцающей кучей опали на пол.