Почти всё это время я просидела рядом с Максом, отошла лишь, чтобы налить себе чашку горячего чая. За окном блеснула крыша чёрного внедорожника, тут же раздался громкий хлопок дверцы.

Встав, я пошла навстречу и, едва вышла из комнаты, столкнулась с влетевшим в дом Денисом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍"

"— Где мой брат?! — гаркнул он так, что виски запульсировали болью. В тёмных глазах отражалась ярость, и ярость эта была направлена на меня.

Не успела я ответить, он, грубо оттолкнув меня с прохода, ринулся в комнату.

И без того ноющее от удара об асфальт плечо отозвалось болью. Взвинченная, я влетела следом, и Денис тут же обернулся ко мне.

— Что случилось? — холодно спросил он.

— В нас стреляли, — сделала шаг в комнату и остановилась.

Денис прошёлся по мне пристальным, полным презрения взглядом, вернулся к лицу. Судя по всему, он не доверял мне и скрыть этого не пытался.

— Это я и так понял, — процедил он. Откинул одеяло и, наткнувшись на прижжённую рану, резко вскинул голову. — Какого чёрта?!

— Макс не дал мне отвезти его в больницу, — не отводя глаз, ответила я.

Смотрела на брата Макса, поражаясь тому, как они похожи. Каждая черта, мимика. Те же тёмные волосы, та же тёмно-каряя радужка глаз.

— Кто? — чёткий, жёсткий вопрос. От тона, которым он его задал, по коже у меня пробежал холодок. За видимым спокойствием скрывалась не просто угроза — желание крови, желание неотвратимой мести, и я вдруг поняла, что боюсь говорить правду. — Кто? — повторил Денис ещё жёстче. Без сомнений, он догадался, что я знаю.

Мы смотрели друг другу в глаза.

Взгляд его был тяжёлым, мрачным. Чернота сгущалась с каждым мигом моего молчания. Попытаться уйти от ответа? Сказать, что не знаю? Ведь в случившемся он обвинит меня. Недоверие, презрение, что я видела в его глазах, не оставляли в этом сомнений. Нет. Оба мы понимали, что это неправда, к тому же, Ивану удалось улизнуть. На что он способен?

— Это была моя пуля, — прямо глядя ему в глаза, сказала я. — Мой муж… Стрелял он. Макс оттолкнул меня.

По скулам Дениса заходили желваки, глаза стали совсем чёрными.

Снова сощурившись, он сделал шаг ко мне, и по спине моей прокатилась ещё одна волна холодка. В какой-то момент мне показалось, что он готов свернуть мне шею — таким угрожающим стало выражение его лица.

Невольно я отступила назад. Он надвигался на меня тёмной, твёрдой скалой, и я понимала, что бежать мне некуда. Да и не собиралась я делать этого!

— Твоя пуля? — верхняя губа его дёрнулась. — Твоя?! — между нами осталось не более метра. — Какого дьявола?! — прорычал он, прожигая меня взглядом.