Путём долгих споров и разнесения в пух и прах трёх комнат.

Я подошла к прозрачному стулу, провела ладонью по гладкой поверхности. Саша и в своём кабинете окружал себя вещами из стекла. Для меня это о многом говорило. Он ценил простоту, но именно в простоте он и находил совершенство. Возможно, я себе это выдумала, но так он был для меня понятнее.

— У тебя чудесный вкус. Мне тоже нравится простота и свобода.

Саша подошёл ко мне сзади, руками обнял за талию, так что ладони легли на живот.

— Я знаю солнце. Поэтому я тебя и люблю, ты всегда прозрачна до неприличия. Ненавижу, когда люди имеют скрытые мотивы и пытаются управлять мной. Я этого нахлебался…

— Неужели меня так легко прочитать? — я искренне удивилась, потому что старалась следить за эмоциями, но, видимо, у меня это плохо получалось.

— Ты можешь хоть сколько убеждать меня в чём-то, но я всегда знаю твои истинные мысли.

Саша посмотрел на часы.

— У нас осталось пятнадцать минут, если мы не хотим опоздать.

— А мы не хотим опоздать?

Я повернулась к нему лицом."

"— Если хочешь сохранить подобие хороших отношений, то надо поторопиться.

— Не хочу.

Я привстала на цыпочки, обняла его за шею заставляя наклониться к себе и поцеловала в губы.

Его руки скользнули вниз к бёдрам, он подхватил меня под ягодицы и, не разрывая поцелуй, понёс на себе в ванну.

К ужину мы спустились через час. Вернее, к концу ужина. Отец сидел в кресле с высокой спинкой и читал книгу, мать Саши играла на белом рояле. И надо отдать должно, играла прекрасно. «Лунная соната» Бетховена всегда вызывала во мне сложные и грустные эмоции. Но музыка прервалась, стоило нам войти в комнату.

— Саша, я же просила не опаздывать, — заметила мама.

— Рад тебя видеть сын, — обратился отец к Саше, не обращая внимания на упрёк жены.

Я, к своему стыду, поняла, что даже не помню их имён.

Саша кивнул и подошёл к отцу, чтобы пожать руку.

— А что это за милая особа с тобой?

Отец окинул меня взглядом с ног до головы. Я почувствовала себя неловко, хотя знала, что выгляжу отлично. На мне было изумрудное приталенное платье чуть выше колен, короткий рукав, полностью закрытая грудь и оголённая спина. Маленький срок беременности ещё позволял носить обтягивающие вещи. Волосы же я собрала в аккуратный пучок. Длинные серьги с камнями дополнили мой наряд идеально.

— Это моя будущая жена, Алиса Царёва. Может, вы помните её, мы встречались, когда я был студентом.

— Значит, вы ещё не женаты? — металлический блеск сверкнул в глазах будущей свекрови.

— Не женаты, но недавно подали заявление.

— А чем тебя не устраивала Света? — неожиданно спросил отец.

Саша посмотрел ему в глаза, а на скулах заходили желваки. Неужели он ничего до сих пор не сказал отцу? О точ что всё знает о нем и Свете.

— Светлана предпочла другого.