‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Захотелось к чертовой матери разгромить здесь все, даже побить посуду, лишь бы не реагировать так на Еву. Меня это бесило и в то же время я плавился от этого странного чувства распирающего мою грудь изнутри. Иногда мне хотелось вскрыть себя и щипцами вытащить все это, чтобы забыть о Лунтики и перестать вести себя как непроходимый тупица, зависящий от взглядов, слов и улыбок девушки.

И в то же время, все это было мое, то, что драло мне грудную клетку и легкие, заставляя сходить с ума.

Это все было мое. И хрен я смогу вот так вот запросто вытащить из себя и выкинуть на помойку эти странные и необъяснимые чувства. Как бы не хотелось, они были частью меня, так же как и Ева. Эта девочка со своими пышными губами и круглыми бездонными глазами была моей.

Я насыпал в тарелку хлопья, залил их молоком и сделал два кофе. Все поставил на стол, Лунтик уже сидела за ним.

Я сел напротив, медленно отпил глоток горячего кофе.

— Прости за вчерашнее, — с трудом выдавил из себя. Мне нужно было что-то покрепче.

Очень крепче. — Просто рядом с тобой у меня, кажется, съезжает крыша.

— Кир… — испуганно шепнула она, но я, не обращая внимания на ее удивленный и такой растерянный взгляд, продолжил.

— Странно, что ты этого не заметила, — усмехнулся и, поймав ее взгляд, добил девушку, — я хочу тебя еще с тех пор как увидел в тех трусиках с зайчиками. Лунтик, это что-то нереальное. Но бля, мне кажется еще чуть-чуть и я свихнуть…

— Кир, не надо. Это… это… — она что-то неразборчиво зашептала, а потом спрятала лицо в ладонях.

— Просто я считаю, что ты должна это знать. И еще…

Я сделал осторожный глоток. Пальцы подрагивали. Почувствуй себя истеричкой — называется — или полоумной дамочкой. Точно.

— Уж я бы, не бросил тебя так, как Мир, — я намеренно бил по больному, мне нужен был ее отклик, ее реакция на меня, — каким бы бабником я не казался, но поверь, мне было бы мало одного раза. Очень мало, — хрипло протянул, потому что уже представил, как смел бы все с этого стола, вместе с чашками горячего кофе."

"Пох вообще. И уложил бы, на глянцевую поверхность, подрагивающую от желания Еву.

Задрал бы ее юбку и закинув ее потрясные ножки себе на плечи, вошел в нее на всю длину. А потом засунул ей пальцы в рот, что бы малышка закатила глаза от удовольствия, представляя вместо пальцев мой член. Да именно так. Она бы кричала от удовольствия, ощущая мои быстрые толчки внутри себя и яростно сосала мои пальцы своими пухлыми губами.

Черт. Как же хотелось трахнуть ее в рот. По грубому. Притянуть ее за затылок и насаживаться на Еву до самого упора.