В конце концов, когда концерт закончился, я отловил нашего местного партнера, импресарио сеньора Тито Галоцци, с которым слегка подружился, и рассказал ему все, как на духу. Просто, чтобы выговориться.
— Серджио, — сказал он, выслушав меня. — Ты и вправду великий. Только великий русский при твоей-то славе станет мучиться такой безделицей. Я все устрою. Считай, что девушка твоя.
И он изложил мне план. И сделал все именно так, как задумал. И все должно было свершиться по его сценарию, если бы не один нюанс…
Наша гондола подплыла прямо под Нелины окна, благо я и Герино семейство остановились на втором этаже старинной шестиэтажной гостиницы.
Вот, наконец, вспыхнули огни и в её номере.
— Сеньорита беллиссимо!
— Сам знаю, — ревниво откликнулся я.
Тут по сценарию Тито Неля должна была скинуть мне с балкона веревочную лестницу.
— Неля, — негромко позвал я.
Тишина. Но этот вариант сценария был продуман тоже. Лестницу сбрасывают не обязательно после первой серенады, порою девушку берут измором. И тенор заголосил было вновь… Но его прервал голос Нелли.
— Заткни его, Сергей.
Я выполнил ее пожелание с абсолютной точностью — зажав певцу рот.
— Чего ты хочешь? — спросила она в возникшей тишине очень мрачным голосом.
Я не знал, что ответить. Точнее, знал, конечно, да прямо отвечать не хотелось. Но она и не стала ждать.
— Ладно, лезь, — сказала она, и веревочная лестница, разматываясь, наконец-то полетела вниз. Инструменты взревели мажором.
— Браво-брависсимо, браво-брависсимо!.. — привычно заорал тенор партию из «Севильского цирюльника», но я, почувствовав заданную Нелей тональность ситуации, зажал ему рот опять. Тут же смолкли и инструменты. Неля ушла в комнату.
Чувствуя себя полнейшим идиотом, я полез вверх.
Комментарии
Добавить комментарий