Ее ребенок получит половину поместья Блэкстоун.

— Вот как… — В голосе Терезы отчетливо прозвучало именно беспокойство.

Саманта внимательно посмотрела на нее, потом на Мериме. Жан показался ей взволнованным.

— Я не понял, Шелдон, — сказал Жан. — Я сам составлял завещание вашей бабушки. Там не упоминалось…

— ""Там нет, — сухо оборвал его Шелдон. — Но вы ничего не знаете о завещании дедушки. Он не был так упрям, как его жена. Ему не хотелось лишать единственную внучку всего, поэтому он оговорил права ее детей. Бабушка так и не узнала об этом.

Саманта с трудом подавила ухмылку, ей хотелось аплодировать брату. Он выразил свой гнев, и теперь был спокоен и собран, как всегда. Как ему удалось? Может быть, ей стоит поучиться у брата.

Ей следовало бы быть в ярости, что она ни о чем не узнала раньше, но почему-то ее это не трогало. Все же она не смогла удержаться от того, чтобы не подразнить Шелдона.

— Это один из твоих маленьких сюрпризов, Шелдон? Тебе нравится преподносить их в последнюю минуту? — ласково спросила Саманта. — Только меня удивляет, почему ты сообщил об этом прямо сейчас, а не дождался рождения ребенка.

Насмешка задела Шелдона. Он бросил на Саманту убийственный взгляд, но она сделала вид, что не поняла, и обратила все свое внимание на тарелку.

— Зачем ты сердишь брата? Этот глубокий грудной голос она часто слышала во сне.

— Это не твое дело.

— Посмотри на меня, малышка, — нежно по-испански сказал Хэнк, наклонившись к ее уху, так что она почувствовала его дыхание.

Этого перенести она не могла. Она непримиримо встала, вежливо извинилась перед присутствующими, сославшись на свое самочувствие, и покинула столовую. Она не смогла бы выдержать ни одного слова, произнесенного этим вкрадчивым голосом. Она не собирается разговаривать с ним. Ей хотелось ударить его, накричать и… поцеловать. Черт бы его побрал!

Глава 41

Хэнк без стука вошел в спальню и сразу же пожалел об этом, натолкнувшись на резкий отпор. Саманта в этот момент раздевалась и наградила Хэнка убийственным взглядом. Служанка быстро принесла ей халат и помогла одеться, а затем с широко открытыми от изумления глазами отошла чуть в сторону.

— Прости меня, Сэм, — начал он оправдываться. Естественно, Саманта не собиралась этого делать.

— Извинить? После того, как ты пришел сюда незваным? Как ты вообще осмелился?

— Разве я не могу войти в спальню собственной жены? — холодно возразил Хэнк. У Саманты перехватило дыхание.

— Если ты заговорил о супружеских правах, то знай, я мгновенно разведусь с тобой.

— Так это ваш муж! — поразилась Фролиана.

— Зачем ты притворяешься, Лана? Ты же видела, когда брат пригласил его войти в дом. И сама говорила о том, что произошло дальше.