Но вместо этого он достал из внутреннего кармана золотое кольцо с изображением двух переплетённых змей — символ ордена Амбиверы.

Рука сама нырнула в карман. Я вытащил и показал своё.

— Две истины, две правды, — произнёс Ростовский ритуальную фразу ордена.

— Ага, — кивнул в ответ.

Как я и думал, тогда со Свиридовым это были подозрения, а теперь… Интересно, он показал себя, потому что майор проговорился или что-то хочет от меня?

Ростовский опустился в кресло напротив. Его взгляд теперь более открытый и прямой.

— Павел Александрович, — начал генерал, и тон вдруг изменился, стал менее официальным.

— Мы уже давно наблюдаем за вами, вашими действиями и успехами.

«Мы» — это Амбивера? Или кто-то ещё? Я напрягся, незаметно проверяя, насколько восстановился мой источник после ночного боя.

— Может быть, пора стать полноценным членом нашего ордена? — спросил он.

И ты туда же⁈ Что за маниакальное желание затянуть меня к себе? Сначала Свиридов, теперь главнокомандующий. Какая-то навязчивая идея у них.

— Ваша светлость, — изменил тон голоса на более мягкий. — Прошу простить меня, но вынужден отказаться от столь щедрого предложения.

Я понимаю, что такой чести удостаиваются немногие, но у меня другие планы и путь.

На лице генерала промелькнуло разочарование.

— Судя по тому, что я знаю, у нас с вами общие цели, — продолжил Ростовский, постукивая пальцами по столешнице. — Так почему нет?

— Простите, пунктик на подчинении, — выдохнул.

А мужик-то силён. Хотя чему я удивляюсь? Целый князь, брат императора. Интересно, почему младший занял трон, а не старший?

— Как я и думал, — кивнул генерал с лёгкой усмешкой. — Сам был когда-то таким.

— Независимым? — уточнил, немного удивлённый этим заявлением.

— Молодым, — ответил Ростовский с нотками ностальгии в голосе. — Ну что ж… Предлагаю тогда пока оставить наши отношения на том же уровне. Мы что-то делаем для вас, вы — для нас.

Расчётливый и прагматичный подход. Никаких обид, никаких уговоров — чистый деловой тон. Мне это не нравилось, слишком уж несбалансированные отношения. Да и не хочу я больше быть чьей-то марионеткой.

— Думаю, ничего из этого не выйдет, — покачал головой, не отводя взгляд."

"Рискую ли я сейчас? Да! Сто раз да. Моя жизнь, будущее и многое другое косвенно зависят в данный момент от этого человека, но прошлая стала для меня лучшим уроком.

Доверять только себе и выстраивать вокруг близких! Ложиться под кого-то ещё раз? Нет уж, увольте!

— Почему? — удивился генерал, и по тону стало понятно, что отказ был для него чем-то новым и непривычным.

— Я не буду больше рисковать своей жизнью, — ответил честно. — Рязанов, когда я пытался добраться до Топорова… Мне не сообщили никаких подробностей. Пришлось действовать вслепую. Если бы так не повезло, то я бы погиб.