Но какой ценой?

Чёрный луч проклятия поразил его, и теперь энергоканалы медленно разрушались. Энергия смерти, полученная после убийства им своих собратьев, смогла притормозить распад. Но он уже начался… и никому во вселенной не было известно, как исцелиться от этого проклятия.

— Мамобиррр… Мамобиррр… — послышался протяжный рычащий голос. — Мамобир!

— Кто здесь? — открыл он глаза.

— Дррруг… Зови меня дррруг!

Мамобир оглянулся по сторонам, но никого рядом не было. Сканирующие чары тоже ничего не показали…

«Неужели вместе с проклятием приходит сумасшествие?» — подумал крылозавр.

— Мамобиррр, — снова прозвучал голос, но теперь почти над ухом.

Крылозавр резко обернулся и в этот раз увидел перед собой оскалившуюся звериную морду волка. В его глазах плескался золотой огонь, а шкура переливалась серебром.

Существо наклонило голову и, оскалившись, произнесло."

"— Ты хочешь жить, Мамобир? — спросил неизвестный и, не дожидаясь ответа, повернулся и исчез в тумане, оставив за собой лишь следы, светящиеся мягким серебристым светом. Крылозавр понял, что это знак.

«А что я теряю?» — подумал Мамобир, и пошёл по ведущим к неизвестности следам.

Глава 11

Глава 11.

Перед активацией ритуала мы покинули орбиту Элронии. Крылозавров, со дня их пленения, я ни разу не выводил из стазиса. И когда пришло время я перенес их тела в созданные мной пентаграммы.

Одномоментное высвобождение столь огромного количества энергии и запуск ритуальных чар, должны будут образовать астральный барьер. После чего начнётся воскрешение планеты. И если в записях Обрина не было ошибок, то на это понадобится около недели.

— Темпус, — активировал я заклинание, с помощью которого контролировал обратный отсчёт.

— Долго ещё ждать? — спросила Селеста. Её пребывание в открытом космосе было возможно благодаря сложным чарам, которым нас обучил Обрин.

— Меньше минуты, — ответил я. Она кивнула, и мы молча начали ждать начала…

На поверхности Элронии начали загораться красные огни. С каждой секундой они становились всё ярче и ярче, и через какое-то время они словно стали пульсировать в такт сердечному ритму.

Земли, горы и леса Элронии начали содрогаться. Также, благодаря магическому зрению я видел, как реки, моря и океаны выходили из берегов.

Земля тряслась с чудовищной силой. И в какой-то момент мы с Селестой почувствовали, как планета, словно огромный пылесос, начала всасывать энергию из космоса. Мне даже пришлось придержать Селесту и закрыть её щитом, потому что её начало притягивать к планете. В какой-то момент Элрония стала обрастать чем-то похожим на магический щит. Его средоточия произрастали из нескольких точек, а именно из пентаграмм, с заключёнными в них крылозаврами.