Удивительная тишина. И снег, накрывший белым пушистым покрывалом всё вокруг, всё падал и падал.

— Пойдём, — позвала Таня дочь.

Не пришлось даже звонить. Дверь оказалась открыта.

— Тамара Викторовна! Влад! — позвала Таня, отряхивая плечи от моментально начавших таять хлопьев.

Вечер только начинался, но складывалось ощущение, что все уже спали. В гостиной горел свет, но кресло сдвинуто, ковёр загнут, как будто кто-то споткнулся, но торопился и, не оглянувшись, пошёл дальше.

Таня сняла с Софи шапку, чтобы дочка не вспотела. Было тепло, но сквозило чем-то нежилым и словно заброшенным.

— Тамара Викторовна! — заглянула Таня в кухню, и остатки засохшей еды её насторожили.

— Мама, а где папа? — шёпотом спросила Софи.

— Не знаю. Сейчас мы его поищем, — так же шёпотом ответила Таня. Эта гнетущая тишина её тревожила и заставляла прислушиваться.

— Влад! — крикнула Таня, поднимаясь по лестнице. Сжимая ручонку Софи она, не задумываясь, повернула налево к «своей» спальне и не ошиблась. — Влад! Господи, Влад!

На одну короткую секунду Тане показалось, что он умер. Так безжизненно откинута голова на смятые подушки, таким бледным было его лицо. Но Влад был жив. Таня невольно отдёрнула руки, таким он оказался горячим, но потом снова начала его тормошить.

— Влад, ты слышишь меня? Влад, — прижалась она к его лбу губами.

— Папа, — потянула его за руку Софи.

— Таня! — его веки дрогнули. Влад приоткрыл глаза.

— Папа! — привлекла его внимание Софи.

Он повернул к ней голову, улыбнулся счастливо и совершенно безмятежно и потерял сознание.

Машина реанимации как раз отъезжала от дома, когда свет её фар выхватил бегущую к дому со всех ног экономку. Врачи уверили, что сделают всё возможное, но состояние Влада критическое. Таня не знала, стоит ли тащить с собой в больницу уставшего ребёнка, но она решит это, как только выяснит, что тут произошло.

— Таня, что случилось? — запыхавшись, остановилась Тамара Викторовна, всё ещё оглядываясь.

— Это я у вас хотела спросить. Где вы были? Сколько дней он пролежал здесь один? — набросилась на неё Таня, прижимая к себе Софи.

— Я отпросилась. Владислав Эдуардович сам меня отпустил, — оправдывалась женщина. — С ним что-то случилось?

— Да, — опустила Таня Софи на крыльцо, и открыла дверь. — Он был без сознания, когда мы приехала. А где Лерка? Как вы могли бросить его в таком состоянии!

— Он же выгнал её. Валерия Александровна была в таком гневе. Смахнула вазу со стола, назвала меня сукой. И я уехала, а она ещё оставалась, — экономка теребила пуговицы пальто, словно не знала, есть ли у неё ещё работа.

— Звоните Елене Сергеевне. Пусть едет сразу в больницу.

— Я не уверена, прилетела ли она, — медлила экономка. — Она вроде отдыхала в Тайланде.