Селиан наклонился ко мне, вторгаясь в мое личное пространство, как Наполеон вторгся в Москву, с гордостью и благоразумием языческого воина. Он провел большим пальцем по моей шее. Простое прикосновение, и все мое тело покрылось мурашками. Это была комбинация его дикой, мужской суровости, акцента и всего остального: костюма, запаха и черт лица.

Я была беззащитна.

И мне хотелось быть беззащитной.

«Сердце — одинокий охотник».

Но сегодня мое тело нуждалось в компании.

Он наклонился вперед, приблизив губы к моему уху, и прошептал:

— О, но это так.

— Ты не в моем вкусе, — усмехнулась я, допивая виски.

— Я во вкусе любой женщины, — сказал Селиан как ни в чем не бывало. — И сделаю так, чтобы тебе было хорошо.

— Ты не знаешь, что мне нравится, — огрызнулась я.

Играть с ним в пинг-понг было довольно весело. Он был сдержан, резок и невозмутим, но, как ни странно, я не находила его грубым.

— Держу пари на все наличные деньги, которые у меня есть, что доставлю тебе удовольствие.

«Очень интересно».

— А что, если я буду притворяться каждый раз, когда испытываю оргазм, и делать вид, что это не так? — Я сунула айпод и наушники в сумку. Этот разговор не мог быть более странным.

Улыбка заиграла на его губах, и я никогда раньше не видела ничего подобного на человеческом лице, — такой хищной, что мои внутренности сжались, а трусики стали влажными.

— Очевидно, что у тебя никогда не было настоящего оргазма. Когда я заставлю тебя кончить, повезет, если твои гребаные коленные чашечки не лопнут.

— Довольно самоуверенное…

— Избавь меня от дерзости, Спирс.

Через десять минут мы уже переходили улицу, направляясь к его отелю. Я изо всех сил старалась не терять хладнокровия, когда мы вошли в сверкающий вестибюль. Отель «Лоран Тауэрс» расположен напротив небоскреба компании LBC, где размещался один из крупнейших новостных каналов в мире. Здесь было полно народу, но лифт ждали только мы. Оба молча смотрели на него, в то время как мое сердце бешено колотилось, почти вырываясь из груди. Колени дрожали под дешевым черным платьем. Я собиралась это сделать. У меня действительно будет секс на одну ночь. Конечно, мне двадцать три, я снова свободна и только что стала мстительной. Знала, что нет ничего аморального в том, чтобы переспать с ним. Но также знала, что это будет единственный случай, над которым, вероятно, буду смеяться через много лет.

— Обычно я так не делаю, — сказала я, когда двери лифта открылись, и мы вошли внутрь.

Селиан не ответил. Когда двери плавно закрылись, он направился ко мне, глаза холодные и отстраненные, губы сжаты. Мужчина прижал меня к стене, с каждым движением становясь все более ненасытным. Мой пульс бился в горле.