За дверью раздался топот: количество турок в гостинице, похоже, увеличилось. Нужно отдать должное тени, он проник, убил охрану, нашёл меня. Хорошая школа.

Я поморщился и, когда дверь закрылась, упал в кресло. Махнул рукой, чтобы паучки приступили к обеду. Они сновали по полу, подбирая следы битвы — капли крови, осколки замёрзшей тьмы, тело тени.

Продолжил пить лечилки, глядя в окно и наслаждаясь солнцем, заливающим комнату мягким светом. Раны начали затягиваться, но боль всё ещё пульсировала, напоминая о встрече с тенью императора.

Когда паучки закончили, от боя не осталось и следа. Лишь слегка влажный ковёр да покосившаяся мебель напоминали о том, что здесь произошло.

Заглянул в ванную и привёл себя в порядок. Умылся, стирая засохшую кровь с лица. В зеркале отражался бледный молодой мужчина с голубыми глазами, в которых плескалась усталость и что-то ещё — то ли удовлетворение от победы, то ли настороженность перед новым испытанием.

Достал костюм из пространственного кольца и переоделся. Порванный и окровавленный — туда же, чтобы не оставлять улик. Мои раны продолжали саднить, но уже не так сильно: зелья делали своё дело.

Глянул в зеркало ещё раз:

— Готов встретиться с султаном, — кивнул сам себе и вышел из комнаты.

В коридоре меня ждал настоящий почётный эскорт — десять тщательно отобранных солдат в парадной форме. Их лица не выражали ничего.

Под конвоем добрался до кортежа на улице. Пара десятков машин, семь грузовиков и ещё военные на конях. Вот это да! Похоже, встреча с султаном — действительно большое событие.

Внутри одной из машин меня ждал Мустафа. Турок выглядел довольным. Ещё бы! Костюм блестит, как и его рожа, — явно готовился к этому дню.

— Удивил… — произнёс он, когда я сел рядом. — Снова ты меня удивил, Магинский.

— И я рад тебя видеть, — кивнул в ответ, устраиваясь поудобнее на мягком сиденье.

Машина тронулась, и мы поехали. Впереди ждут дворец, султан, возможно, новые заговоры и западни. Но сейчас, после боя с тенью, я чувствовал странное спокойствие. Впереди — финишная прямая. Мир и титул почти в моих руках.

— При султане веди себя тихо. Не говори ничего лишнего, не приближайся, — начал снова давать мне напутствия бей, как только мы выехали на главную дорогу.

— Угу, — ответил я, рассматривая проплывающие за окном улицы Константинополя.

Город кипел жизнью. Торговцы зазывали покупателей, расхваливая свой товар. Женщины в традиционных нарядах несли корзины с продуктами. Дети играли на узких улочках.

— Если сегодня подпишется мир… — начал Мустафа, барабаня пальцами по колену.

— Он подпишется! — посмотрел на него твёрдо.

— Будет праздник по всей стране, — продолжил турок, пропустив мою реплику мимо ушей. — Ты станешь дорогим и почётным гостем.