Можно ли подстроить результат розыгрыша?

– Я прошу прощения за то, что привез тебя сюда, – сказал он.

Каждый шаг прочь от этого дома казался им подарком судьбы.

– Нет, я благодарю тебя. Во-первых, это был шанс добыть драгоценности, а во-вторых, я получила хороший урок.

– Есть много уроков, которых лучше избежать.

Глупые слова. Именно мысль о таких уроках заставила ее отпрянуть от него там, в пекарне. Он отпустил ее, но почувствовал облегчение, когда она снова взяла его под руку.

Словно на прогулке, они пошли по короткой аллее к открытым воротам. Облака закрыли полную луну, но ее света было довольно, чтобы видеть путь.

Звуки затихли, мир стал более умиротворенным, как будто не было тревог и неприятностей.

Шелк его рубашки казался недостаточной защитой от ее обнаженной руки.

– Я не уверена, что это так.

Он попытался вспомнить о теме разговора. Ах да, уроки жизни.

– Опыт всегда полезен, – продолжала она, – даже если учит тому, чего следует избегать.

Мужчин вроде него – если бы у нее была хоть капля ума, подумала девушка.

– И что следует изменить, – добавила она. – Мне кажется… Эти девочки у Крофтона и взрослые женщины… Что-то толкнуло их на такую жизнь.

– Но никто не принуждал их к этому.

– За исключением бедности.

– Возможно. Крессида, здесь ничего нельзя сделать. Этот мир жесток, и люди выживают как могут. Вот почему я стараюсь вернуть твое состояние.

– Я не нахожусь в такой опасности! – Девушка замолчала. Наверное, она вспомнила о том, что в самом деле находится в опасности. И может быть, о том, что герцог спас из лап волка по крайней мере одного ягненка.

– Меч мудрости все еще у меня, – сказал он. – Он тебе нужен?

– Нет.

Он хотел только переменить тему, а она восприняла это как поучение.

– Тогда, может быть, я мог бы заплатить твоему отцу за него. Мне хотелось бы оставить его себе, но я не хочу быть вором.

Это добавит небольшую сумму денег в их бюджет, считал Трис.

– Примите это как подарок, ваша светлость. Как награду за благородную службу.

«Ваша светлость»… Это укололо его, но он промолчал. Они почти дошли до дороги, где их жизни расходились навсегда – каждая в своем направлении.

Ему все равно, где добро, а где зло, решила Крессида. Тем лучше, что они расходятся.

Переход от жарких объятий к благопристойной прогулке под руку говорил о расставании, между ними был холод, и это было правильно.

Каждый шаг прочь от Стокли-Мэнор приближал ее к привычному миру, и ей все больше хотелось оказаться там. Она побывала здесь, получила опыт, и теперь она хотела снова стать мисс Мэндевилл из Мэтлока – даже если это значило, что она никогда не увидит герцога Сент-Рейвена.

Она стала думать о Миранде Куп, у которой была ее статуэтка. Он сказал, что они вернут ее.