– Что они могли придумать?

– Во время революции многие документы были уничтожены. Поэтому они подделали брачное свидетельство, где говорилось о том, что мать Жана-Мари замужем не за Альбером Бурро, а за Хью Трегеллоусом, графом Марстоном.

Крессида уставилась на него.

– И таким образом Жан-Мари становился наследником? Боже милосердный… А как же другие братья?

– Увы, их нет в живых. Один умер от болезни, другой погиб на войне. Возможно, это подвигнуло женщину на такое решение, а может быть, просто облегчило задачу. Видишь ли, она не собиралась ждать, пока герцог умрет, чтобы предъявить свое доказательство, а хотела, чтобы герцог поддержал ее требования.

Крессида была сбита с толку.

– Он не сделал бы этого. Он не мог сделать это!

– Почему нет? Я допускаю, что он ухватился бы за эту возможность.

– Но от этого его настоящий брак был бы признан незаконным, а его дочери – незаконнорожденными.

– Да, но зато он мог торжествовать абсолютную победу, иметь сына-наследника. Кроме того, обойти меня, сына его брата. Думаю, он сделал бы это. Ирония заключается в том, что я был бы рад этому.

– Что же случилось дальше?

– Что случилось? О, еще один сюрприз истории. Когда Жан-Мари с матерью собирались ехать в Англию, Наполеон бежал с острова Эльба и снова началась война. Его мать под хватила лихорадку и умерла. Однако перед этим она заставила сына дать клятву, что он исполнит их план. Я говорил тебе, что из этой истории может выйти пьеса.

– И тогда?

– После Ватерлоо снова наступил мир, и Жан-Мари в конце концов добрался до Сент-Рейвенз-Маунт – всего через несколько дней после похорон моего дяди. Более того, я в это время уехал за границу, бывал и во Франции. Во время своего пребывания в Англии Жан-Мари почувствовал глубокую неприязнь к этой стране, особенно к нашему климату и пище. Теперь он понял, что хочет быть английским герцогом еще меньше, чем я.

– Сложно вообразить себе это. Значит, он стал ждать, пока ты вернешься, и зарабатывал себе на жизнь живописью. Но почему у него возникла идея стать разбойником Ле Корбо?

– Наследственная склонность к приключениям, но он унаследовал еще и хитрость от матери. Он не мог решить, постучаться ли в мою дверь и предъявить свои доказательства на наследство или заставить меня самому прийти к нему. И выбрал второе.

– Но ты сказал, что Жан-Мари не хотел быть герцогом.

– Верно, и он поклялся матери, что заставит герцога поделиться состоянием. Все, что ему нужно сейчас, – деньги, которых будет достаточно для жизни во Франции. Он хочет быть художником, вращаться в лучших кругах. Я согласился дать ему это.

– Почему? Ты мог бы сказать, что он лжет. На то, чтобы доказать свою правоту, ему потребовались бы годы, и без свидетельств его отца у него нет шансов выиграть дело.