- странно было видеть, как она сначала опустила голову, а потом сразу вскинула, рыжая грива качнулась. - Мы собираемся посидеть с девочками в кафе. Мне нужно точно знать, к какому часу возвращаться.

А он внезапно почувствовал, как огнем в груди разливается досада.

- Я сообщу дополнительно, - сухо проговорил, подталкивая сына в сторону прихожей.

***"

"Вера уже хотела отойти, ее душило стоять рядом ним, видеть его недовольную кривую физиономию. Но Верховцев неожиданно остановил ее:

- Кстати, все хотел спросить, - начал он, растягивая слова. - Как ты могла угрожать старой женщине, что спустишь ее с лестницы? Самой-то не стыдно?

От его высокомерного тона так и веяло презрением.

Вера вся пошла пятнами, вспоминая тот визит его матушки и свое собственное состояние.

- Извиниться не мешало бы, - проговорил он отворачиваясь и пошел за сыном.

Твою мать! Хотелось заорать ей. Твою мать!

Но вместо этого Вера выпрямилась, принимая невозмутимый вид. Возможно, она и перегнула палку, но вины за собой абсолютно не чувствовала.

- Не забудь перезвонить, - проговорила она, сцепив перед собой руки.

***

- Не забудь перезвонить, - прозвучало в спину.

Его и так разъедало от досады.

Обернулся, изображая оскал:

- Непременно.

И вышел, еле удержавшись, чтобы не хлопнуть дверью.

глава 23

Ушел. У Веры долго еще горело в груди от невысказанного возмущения Стояла в прихожей, сжимая и разжимая кулаки. Потом резко выдохнула и тряхнула головой, избавляясь от оставленного им тяжелого осадка. Дом как будто наполнился его давящей аурой, захотелось проветрить.

Ушла в свою спальню, открыла окно и стояла, подставив лицо ветру. Пусть выдует из легких отраву, заберет злость, успокоит дыхание.

И эмоции никому не нужные пусть забирает. Пусть. К чертовой матери.

А диван этот надо выбросить. Потому что она теперь сесть на него не сможет, слишком многое будет всплывать в памяти. Ненужное.

Умерло прошлое. Нет теперь ее Саши, есть Верховцев Александр Всеволодович, и они живут на разных планетах. Только, к сожалению, он методично будет к ней являться, чтобы напомнить о себе, впрыснуть в душу яда и забрать сына на выходные.

Вера оперлась рукой о оконный переплет, опустила голову на руку.

Черт с ней. Главное, чтобы с Вовкой было все в порядке. Это ничего, что у нее в груди вместо сердца опять драные лохмотья, это пройдет.

Вернулась в кухню. Там все так и стояло, недопитый чай в чашках, недоеденная шарлотка. Пусто так без мальчика... Задумчиво все убрала, помыла, навела порядок. Потом заварила себе чаю и села за стол одна.

Пустой стол, пустой чай, зато полная кружка.

Какое-то время сидела, закрыв глаза и вдыхая витавший тут запах шарлотки, грела пальцы. Все пыталась представить, как ТАМ.