Оказалось, все точно так же, как и на банкетах по случаю серебряной свадьбы дальних родственников. Цветы в последний момент привезли не те, коржи для гигантского торта подгорели, мука закончилась — во дворце-то!

Тетушка поглядывала на меня с опаской. Ждала то ли обмороков от ужаса, то ли истерики.

Я ее удивила. Как и всех остальных.

Тихо, вежливо, но непреклонно объяснила всем, куда им пойти и чем заняться.

Цензурно.

Мука внезапно нашлась, маги земли подсуетились и перекрасили яркие астры в пастельные тона, так что издали они отлично заменили розы, коржи испекли новые, а я не переставая благодарила мысленно интуицию, подсказавшую мне свалить социальную часть мероприятия на тетушку.

Если бы мне еще пришлось решать, кто с кем сядет, я бы точно свихнулась.

Когда начало смеркаться и к замку потянулись первые приглашенные, я поднялась в покои и без сил рухнула на пуфик у зеркала.

Уже переодетые и готовые к выступлению горничные принялись меня раздевать в четыре руки. Обтерли влажным полотенцем, чтобы освежить хоть немного, подкрасили губы и ресницы. От пудры я отказалась наотрез. Кто знает, что там понамешано, дикие ж времена. Тем более на моем новом юном личике играл здоровый румянец, щечки округлились, яблочки налились. Нечего портить красоту!

— Готовы? — спросила я у девушек, поймав в отражении панический взгляд сначала одной, потом другой.

— Да… — неуверенно проблеяла Стефани.

Ясно, что нет.

Но придется!

Танец с шалями я выбрала сразу по нескольким причинам.

Не последним доводом стала неспешность, некая меланхоличность исполнения. Это не поясом с монетами крутить, тут плавность важна и грация. Как раз то, что в местных девицах с рождения воспитывают.

А первым — наряды.

Пришлось учитывать широкие, тяжеловатые юбки с каркасом и корсет. Совсем от него отмахаться не удалось. Пусть в повседневной носке он почти исчез из употребления, и в дневных платьях я не страдала от удушья, но парадно-выходная форма пока что оставалась непоколебимой.

Корсет и кринолин, и никаких гвоздей!

Тут не потанцуешь.

Как главной виновнице торжества, мне пришлось часа два мяться в дверях, сохраняя идеальную осанку и гостеприимный оскал, и бесконечно кивать в ответ на поздравления. К счастью, общался с гостями принц. Я их и в лицо почти никого не знала, не то что по фамилии.

— Запоминай потихоньку. В твоей любимой библиотеке есть целый реестр аристократических родов, — шепнул мне Элайдж, когда в нескончаемом потоке приглашенных возникла неожиданная пауза. — Всех необязательно, сотни три первородных, приближенных к трону.

— Всего-то! — выдохнула я вроде как с облегчением.

Терпеть не могла зубрить всю жизнь.