Пока я буду знакомиться с местной аристократией и демонстрировать всем свое древнее платье, Джон со служанкой и кучером подождут в комнате для слуг. Там их и накормят, и напоят.

Возвращаться мы планировали на следующее утро. Сразу после окончания бала отправимся в городскую таверну, там переночуем. Ну а утром, после завтрака, отправимся обратно, домой.

Поездка до города прошла спокойно, без приключений. Если не считать, конечно, приключением сильный дождь и порывистый ветер, которые временами заставляли карету трястись, как стебель тростника на бурном ветру. В городские ворота, пока что открытые, мы въезжали уже по ливню с грозой, гром гремел вдалеке, предвещая нечто пугающее. В городские ворота, пока что открытые, мы въезжали уже по ливень с грозой. Кучер, надвинувший на себя козырек, как можно дальше, довез нашу троицу до самых дверей ратуши. И все равно я, в платье и плаще, умудрилась не только промокнуть, но и продрогнуть. И в холл, сверкавший и переливавшийся огнями, входила с мыслью: «Да неужели мы все-таки прибыли!»

Внутри было не только светло, но и тепло, словно само пространство обволакивало своих гостей уютом. Раздавался смех, разговоры, витающие в воздухе как песни птиц, и музыка, словно идущая из сердца самого здания. Я сняла и отдала свой плащ прибежавшему мне на помощь пареньку-слуге. Его золото-светлые волосы сверкали в свете канделябров, и умение так деликатно обращаться с нарядами клиентов заслуживало аплодисментов. А другой слуга в это время уводил моих сопровождающих на кухню.

Из ближайшей прикрытой двери доносились звуки музыки и людские голоса. Туда-то я и вошла, в компании все того же слуги. Бал был в разгаре. Дамы и джентльмены всех возрастов толпились на паркете, выполняя сложные, на мой взгляд, движения, которые казались неестественными, но вместе с тем плавными, практически танцевальными. Они кружились, приседали и поднимались, в их глазах читались азарт и наслаждение, будто каждый шаг, который они проделывали, был в унисон с пульсацией музыки.

Чтобы не мешать им, я пробралась к стенке, встала у занавешенного окна и притворилась частью тяжелой аляповатой шторы.

Увы, не помогло.

Меня нашли и там.

Причем я подозревала, что слугам приказали известить найра мэра, когда я появлюсь в ратуше. Иначе как бы он узнал о моем появлении так быстро?

— Добрый вечер, найра Виктория, — прозвучал сбоку от меня знакомый голос буквально через несколько минут после моего появления в зале. И перед моими глазами предстал сам мэр, элегантно одетый, смотревший на меня внимательным и цепким взглядом. — Рад, что вы с могли выбраться на бал.

Пришлось поворачиваться и растягивать губы в фальшивой улыбке.

— Добрый вечер, ваше сиятельство. Благодарю за приглашение. Я рада появиться здесь.

Ложь.