Все казалось мне дикостью, ну или же технологиями, до которых землянам еще расти и расти.

Но теперь, по прошествии некоторого времени, я даже не моргнула, когда Джон заговорил о ведьмах. Ладно, пусть будут ведьмы, колдуньи, магички, да кто угодно. Если их травяные сборы спасут зимой от простуды и вирусов, я только спасибо скажу. И уже все равно, кем себя называют эти женщины.

Денег, налички, у меня оказалось не так-то много. В замке, порывшись по всем комнатам и ящичкам, я обнаружила что-то около десятка золотых и россыпи медных монет. Эльвира заверила меня, что этого хватит на зарплату прислуге до начала весны, и на остатки можно закупить амулеты. Поэтому я уверенно кивнула сейчас:

— Да, сборы нужны. Все нужно, что они смогут предложить. Амулеты у них можно купить?

— Только самые простые, ваша светлость, — ответил Джон. — От вывиха, например, или от обморожения. За более сильными надо в город ехать. Там ярмарка будет, в начале осени. Вот и скупимся тогда.

Угу. Было бы на что скупиться. Но то ладно. Сейчас разберемся с ведьмами.

— Пусть приносят все найре[1] Эльвире, — решила я, — она и расплатится.

Джон снова поклонился, показывая, что услышал мой приказ.

Глава 2

— Бортники[2] и виноделы тот же вопрос задавали, ваша светлость, — между тем сообщил Джон. — Будете их продукцию брать? Или в город на ярмарку везти?

— Вино точно брать не буду, — покачала я головой. — В замке десятка два бутылок имеется. Этого хватит. А лесной мед… Да, возьму, три-пять литров. Все, что пригодится зимой, особенно для лечения, все возьму. Передайте бортникам, пусть мед найре Эльвире приносят.

— Слушаюсь, ваша светлость. Вот еще проблема: сразу в двух деревнях померли кузнецы. От старости померли. Учеников не оставили. Кузни пустые стоят. Нехорошо это. Духи железа могут обидеться. Надо бы кузнецов найти, ваша светлость.

Угу, надо, кто ж спорит. Было бы на что. Я сильно сомневалась, что в таком случае найду деньги на выплаты прислуге в замке. Но Джона мои пораженческие мысли не волновали. Ему надо было побыстрей задобрить духов железа. И я ответила:

— До ярмарки дотерпит? Если да, там и поищем специалистов.

Джон снова поклонился.

Мы обговорили еще несколько вопросов. И Джон ушел.

Я же поднялась со своего места, подошла к окну. Там ярко светило не по-летнему жаркое солнце. Оно палило, выжигая все вокруг. Джон уверял, что продлится такая погода недолго, и выжечь урожай не успеет. Но я уже не знала, кому и чему верить.

В подобную погоду нечего было и думать о том, чтобы высунуть нос за дверь. Тот же Джон будет пережидать зной среди слуг, на кухне, там и пообедает, прежде чем ехать обратно, в ближайшую деревню, где он и жил.

Все, что мне оставалось, — это подняться в прохладное книгохранилище и засесть за книги.