— Журналистка второго и седьмого каналов, которая пару месяцев назад помогла вам организовать всеобщую информационную войну против ордена Асклепия. — напомнил Константин. — У нее уже есть узнаваемое лицо, она компетентна, готова к сотрудничеству и достаточно лояльна.

— Пока не готов это обсуждать. Формат нужно проработать. — ответил я, немного подумав. — Что на счет коммуникатора журналистки?

— Скорее всего ничего не даст, но проверить все равно не помешает, как сообщение, так и переписку с другими людьми. — пожал плечами Константин. — В деле безопасности личной тайны быть не может. А произошедшее явно теракт, второй за два дня. Что само по себе явный перебор. Террористы так не работают. Кто-то умный и влиятельный сумел их сдержать, организовать логистику и коммуникацию…

— Хочешь сказать, что это и не террористы вовсе? — уточнил я.

— Слишком сложно для эмоционально вовлеченных и неуравновешенных людей которые обычно в подобном замешены. — покачал головой Багратион. — Боюсь тут скорее действия враждебной разведки… или нашей собственной под нее косящей.

— Ты на столько не хочешь доверять своему отцу, что готов выставить против него обвинение? — удивленно поднял я брови.

— Он… не могу сказать, что хороший человек. Но большой патриот, и ни перед чем не остановится. — проговорил Константин, чуть задумавшись. — Вопрос только в том, сумел ли он смириться с потерей нашего потенциального суверенитета.

— Опасные слова. — покачал я головой. — Если глава тайной канцелярии воюет против государства…

— Я такого не говорил. — встрепенулся Багратион. — Но все это слишком похоже на действия именно его конторы. Не военных, не террористов… в общем, я пока не стану отвергать никакие варианты. Нужно провести хотя бы начальное расследование, прежде чем станет ясно что к чему. Не стоит торопиться.

— Ольга Меньшикова может быть к этому причастна? — спросил я, кивнув на особняк. — Могла она распорядится все здесь взорвать? Например, чтобы скрыть какие-то улики или избавиться от доказательств.

— Возможно. Но если в доме и в самом деле что-то есть, пожаром этого не уничтожить. Закрытая книга, вопреки всеобщему мнению, очень плохо горит. Пожар вы пригасили, а кристаллы памяти и вовсе почти не подвержены пламени. — заметил Константин. — Если там что-то есть, то мои люди это найдут. А сейчас, прошу прощение, мне нужно заняться делом.

— Конечно. Не отвлекаю. — кивнул я, забравшись обратно в кабину. Но когда уже пристегнулся и собирался улетать, заметил кое-что странное. Отголоски ауры на том месте, где ее быть не должно. На первом этаже, в районе пожарища. Нацепив шлем, чтобы не бравировать собственной личностью. Я выпрыгнул из кабины и направился прямо к пепелищу.