Не знаю уж, что именно они хотели, но прости сердечко, придется потерпеть. Тело в медитацию сна, мозг — думать.

— Пульс падает! Опасно низкие показатели! — тут же выкрикнула женщина, и даже сквозь искажающий барьер я услышал панические нотки.

— Ноль два адреналина! Быстро! — скомандовал мужчина, и я почувствовал, как в вену входит игла. Работали не особенно бережно, зато быстро. Сердце помимо моей воли начало бухать, и победитель в борьбе за контроль над телом стал неочевиден.

— Пульс нестабильный. — отчиталась женщина с хорошо слышимыми паническими нотками в голосе."

"— Это провал. До пробуждения транспортировку клиента запрещаю! Понятно вам? — рявкнул мужчина, и услышал в ответ несколько глухих мычаний.

Отлично, значит я в небольшой комнате, в которую набилась целая толпа народа. Успокоиться. Судя по ощущениям, я совершенно голый, на груди — несколько прилепленных на пластырь датчиков. На запястьях и лодыжках — достаточно жесткие крепления кажется из кожи. Замуровали, демоны!

Хорошо хоть на голове я никаких датчиков не ощущаю, скорее всего в походном состоянии, или на перевалочном пункте у похитителей просто не нашлось ЭЭГ, иначе все мое притворство быстро раскусили по умственной активности. Другое дело что на этом хорошие новости заканчиваются, и единственное что я реально могу сделать, не привлекая внимание санитаров — ждать и тянуть время, в надежде что нас ищут.

Административный корпус Суворовского училища.

— У вас была одна задача… ОДНА! — не выдержав проорал Мирослав, стукнув по столу кулаком и непроизвольно влив в это движение силу, так что толстое дерево жалобно скрипнуло и с треском раскололось. Несколько секунд генерал приходил в себя, подчинённые же просто молчали, склонив головы. Каждый знал — за такой провал этой самой головы и лишиться можно. Не на гражданке, на задании.

— Расслабились, как в отпуске себя почувствовали. — продолжил Мирослав, отдышавшись и взяв себя в руки. — Василий, что с группами наблюдения и контроля?

— После взятия объекта под наше владение группы были расформированы. — глухо проговорил Строганов, не распрямляя спины. — Мы оставили только одного наблюдателя, контролировавшего перемещение Иванова с безопасного расстояния.

— Расформированы? — чуть дрогнувшим голосом спросил Мирослав. — Значит, как из кустов наблюдать за тем, как его десятеро мутузят — нормально. Как у карцера сидеть или… с поступления вели, а тут расформировали?

— Так точно, согласно нашим расчетам текущего состава оперативного взвода и штаба наблюдения и разведки должно было хватить для нейтрализации любой угрозы. — проговорил, не распрямляя спины Василий. Напоминать о том, что сам генерал такой план подписал и утвердил было сейчас смертельно опасно.