Это чья была идея?

– Его… – Мнимая баронесса вздохнула: – Он хотел «искупить зло», защищая беззащитных. Но он никого не собирался убивать! Только пугал!

– Даниила он напугал до смерти.

– А что? А вполне возможно.

Аверин криво усмехнулся.

– Прямо ангел, а не демон.

– Пожалуйста… – Дива подошла к нему совсем близко, даже протянула руку, будто намереваясь взять его за рукав, но отдернула, поняв, что это неуместно. – Послушайте. Не отправляйте его в Пустошь. Он не любит убивать, он там не выживет. И ему там будет очень плохо. Сдайте его лучше в полицию, пусть его поставят на учет и возьмут на госслужбу. Из него выйдет отличный полицейский див. У него есть облик собаки и даже галки, он может говорить с людьми. Я знаю, это очень ценно. Дайте ему шанс, я умоляю.

– Сначала его надо поймать. Или ты уговоришь его сдаться? А?

Она опять вздохнула.

– Ну да. – Он посмотрел на часы. – Так, мне нужно еще раз позвонить.

Он снова взял трубку и набрал номер участка. На этот раз трубку взял Виктор лично. Ждал звонка.

– Да? – напряженным голосом спросил он.

– Отбой. Со мной все в порядке. Можете оставить ее в покое, она тут ни при чем. И ее звери тоже.

– О, это уже неплохо, с одной стороны. – Виктор явно расслабился. – Но, с другой – мы теперь не знаем, кто это.

– Я знаю. Но расскажу при личной встрече, когда поймаю демона.

– Вы знаете, как его поймать?

– Да, – уверенно произнес Аверин.

– Тогда я вас жду, Гермес.

– Ждите. Вы будете первым, кто все от меня узнает.

Он сбросил вызов и обернулся к диве. Как ее называть? Анастасия? А не все ли равно.

– Вот что, – произнес он, – ты сказала, что Алеша понимает дивов. Может с ними говорить?

– Да.

– Это редкая способность для колдуна. Ты ведь знаешь, что ему нужно учиться?

Она кивнула.

– Для колдуна, умеющего говорить с дивами, вовсе не нужно уметь разговаривать с людьми. А для полицейского колдуна – даже не обязательно уметь ходить. – Он вспомнил Фетисова. – Мечты Алеши могут стать явью, если ты перестанешь держать его взаперти, где мальчик деградирует.

– А что я могу сделать? Я занимаюсь с ним, учу тому, что умею сама. Он читает, немного пишет рабочей рукой. Я учу его языкам. Даю книги по колдовству. Вы же понимаете, что даже если вы промолчите, ничего больше не сделать. При подаче документов в Академию потребуются и мои. И там точно все вскроется. Семью будущего колдуна или чародея очень серьезно проверяет служба безопасности.

Аверин внимательно посмотрел на нее и прищурил глаза.

– Ты умная, у тебя, говоришь, даже связи при дворе есть. А законы почитать ты не удосужилась. Любой человек, – он подчеркнул это слово, – особенно дворянин с образованием, знает, что последняя воля, высказанная умирающим своему фамильяру, приравнивается к завещанию.