«Но как же я собираюсь бороться с капитаном Максуэллом за любовь Анджелины? – спрашивал он себя. – Раненый солдат, прослуживший не менее двадцати лет!» Чертовски высокая планка, до которой не дотянешься, что ставило его, Харрисона, в весьма невыгодное положение. Следовало учитывать еще и то обстоятельство, что он ни разу в жизни не сделал ничего достойного, в том просто не было нужды. Да никто и не ожидал от него ничего подобного.

Будучи младшим сыном немолодого графа, Харрисон никогда не имел примера для подражания, пока не приехал в Итон, где подружился с Брэем Дрейкстоуном и Адамом Грейхоком.

Вместе они составляли грозную троицу, не следовавшую ничьим правилам, кроме собственных.

А вот капитан Максуэлл… Этот человек сражался за свою страну и многое отдал в этих сражениях. Харрисон же, будущий граф Торнуик, хотя и участвовал в бесчисленных драках и дуэлях, никогда не стоял под ружейным и пушечным огнем, в отличие от капитана Максуэлла, сражавшегося при Ватерлоо.

И все же Харрисон не собирался уступать Анджелину этому человеку – пусть даже тот был вполне ее достоин. Конечно, капитан Максуэлл привык к сражениям, но и Харрисон привык, и борьба за Анджелину станет для него всего лишь очередным сражением.

Да, он не собирался отступать – это не в его характере. Когда-то любовь к брату не позволила ему бороться за Мадди, но сейчас совсем другая ситуация. Ведь он ничем не обязан капитану Максуэллу… Кроме того, капитан владел оружием, которого не было у него. Конечно же, Анджелина воображала, что влюблена в героя войны, но он сумеет доказать, что она обманывается и что это вовсе не любовь.

Перед уходом Харрисон окинул взглядом бальный зал и увидел капитана Максуэлла, наблюдавшего за Анджелиной.

Уже сидя в экипаже, граф твердо решил, что завоюет Анджелину и сделает капитану только одну уступку – постарается сражаться честно.

Глава 12

Все его мысли написаны на лице.

У. Шекспир. Зимняя сказка, акт I, сцена 2Она до сих пор не могла свободно дышать – шок при виде увечий капитана Максуэлла был таким сильным, что перехватывало дыхание.

Анджелина отвернулась от лорда Торнуика – не хотелось видеть, как он уходит. Ох, что же с ней стряслось? Ей хотелось, чтобы граф обнял ее, прижал к себе, утешил… По совершенно непонятным причинам она отчаянно жаждала этого.

Ведь кто-то должен был сказать ей, что все ее мечты о капитане Максуэлле все еще могут сбыться… Но почему она хотела найти утешение в объятиях графа? Ох, сейчас не время об этом думать – просто невозможно.

Заметив леди Рейлбридж, пробиравшуюся к ней сквозь толпу гостей, Анджелина поспешно направилась в дамскую комнату. Но она прекрасно знала, что бабушка последует за ней.