Из одежды – только плавки, на лбах маски и трубки для ныряния, на ногах – ласты. Выражение лиц – сдержанно гордое, точно к пьедесталу почета приближаются, а походка из-за ласт нелепая, как у лягушек, ставших на задние лапы и высоко задирающих колени.

Народ реагировал по-разному: кто-то возмущался, кто-то смеялся.

– Как вам не стыдно голыми в декабре?

– А в мае можно?

– Эх, молодость!

– Чего только в Москве не увидишь!

– Мама, а почему дяденьки раздетые?

– Они балуются.

– Их накажут?

– Не помешало бы.

Неслась по вестибюлю дежурная по станции – тетка в форме, с маленькой красной шапочкой на голове, отчаянно дувшая в свисток, призывавшая милицию. Почему-то казалось, что свистела она радостно-энергично, как человек, скучающий на унылой работе.

– Привет, братишки! Мы приплыли!

Но приплыли только Ангел и Харя, не заметили, что потеряли Галю.

Он увидел девушку своей мечты. Ту самую, из летнего лагеря, только повзрослевшую, рванул к ней:

– Стойте! Подождите! Я вас давно ищу.

Девушка шарахнулась от Гали:

– Не подходи, дурак! Псих!

Сержант-милиционер бежал резвее дежурной красной шапочки, и приблизились они вместе.

– Что здесь происходит? Нарушаем общественный порядок? Хулиганим?

Милиционер спрашивал строго, но не без удовольствия. Он тоже был заскучавший.

Галина девушка стала пятиться, а потом бросилась бежать. Галя из-за ластов не мог ее преследовать и завопил:

– Харя утопился! Харя утопился! Ребята, держите ее, вон ту, в шубе!

– Там еще один, – сказала дежурная сержанту, – буянит.

– Разберемся, – ответил милиционер и ловко захватил бросившихся на зов голых хулиганов. – Стоять!

Ангел и Харя не поняли, почему паникует Галя, но ринулись на помощь, не задумываясь.

– Эй ты, Харя! – крикнул сержант, повернув голову. – Иди сюда!

– Извините, – вежливо сказал Харя, – но Харя – это я.

– Разберемся! Попрошу документы!

Студенты давились от смеха, но ринулись на защиту дружно и активно. Милиционеру представили пятнадцать студенческих билетов и несколько версий, объясняющих хулиганское поведение. Самой удачной версией оказалась репетиция на публике предстоящего выступления команды КВН, ее потом и придерживались, пока не были отпущены с миром и наставлениями больше не шалить в метрополитене, который есть транспортное средство повышенной опасности.

Одеваясь, Ангел и Харя спрашивали Галю, что ему взбрело и кто та девушка. Галя отнекивался, не хотел говорить. Он и потом хмурым видом портил вечеринку. Хотя и вызвал живой интерес у Лены с философского.

Есть такие женщины, которым больше, чем свое, нравится чужое: платье, прическа, собака, велосипед и даже жених. Что касается последнего, то это роковая ошибка.