Вот тогда я понимаю, что это исходит из меня.

Джонатан наматывает прядь моих волос на свою руку и тянет меня за нее так, чтобы скользкое тепло его груди покрывало мою спину. Поза неудобная, но угол наклона его члена становится глубже, задевая самое приятное место внутри меня.

— О... о... т-там... там...

— Здесь?

Он делает это снова, и я отчаянно киваю.

Он шлепает меня по заднице, затем протягивает ту же руку и сжимает ее вокруг моего горла.

— Как бы сильно ты ни говорила, что ненавидишь меня, твое тело распадается вокруг меня, Аврора. Это тело моя гребаная собственность.

У меня нет ни сил, ни времени отвечать, так как я в шоке от оргазма, инстинктивно выкрикивая его имя. Он так отличается от других. Это продолжается и продолжается, и я чувствую, что сейчас упаду в обморок или что-то в этом роде.

Люди когда-нибудь падают в обморок во время секса?

Рычание Джонатана наполняет воздух, когда он выходит из меня и кончает мне на задницу.

Горячая жидкость немного обжигает от жжения отпечатка его руки на моей плоти. Я прикусываю нижнюю губу, наслаждаясь этим ощущением.

Должно ли мне казаться, что я вышла из своего тела и только сейчас вернулась?

Должно быть, вот что значит быть трахнутой.

Буквально.

Фигурально выражаясь.

Когда я думаю, что Джонатан отпустит меня, он тянет меня за волосы, его рука все еще сжимает мое горло, и шепчет горячие, зловещие слова на ухо:

— Единственная причина, по которой ты не принадлежала раньше, это то, что я еще не появился.

Глава 23

Аврора

У меня все болит и есть неспособность двигаться.

Я отношусь ко второй категории.

Без шуток.

Я перекатилась на бок, заглушая сигнал тревоги, и остановилась, когда жгучая боль пронзила все мое тело.

Еще хуже у меня между бедер и на заднице.

Это было полчаса назад.

Наверное, мне нужно сказать, что я заболела или что-то в этом роде. Джонатан сломал меня своим членом. Я знала, что эта штука не должна находиться рядом со мной."

"Всякий раз, когда я поворачиваюсь и чувствую укол боли, воспоминания о прошлой ночи всплывают у меня в голове, и сердце покалывает, будто он все еще внутри меня. Как будто он все еще владеет каждым сантиметром меня и входит в меня с дикой силой.

Контроль и безжалостность, которые он излучал, все еще заставляют горячую кровь бежать по моим венам.

Я никогда не знала, что я нуждаюсь в этой дикой жестокости, пока у меня не появился Джонатан — или, точнее, у него не появилась я.

Я вроде как отключилась после того, как мы закончили. Не помню, как мою задницу очистили от его спермы, но смутно помню, как застонала от ощущения мягкой ткани на моей спине и между ног.

Затем раздался характерный щелчок двери, и его древесный аромат исчез вокруг меня.

Дело не в том, что я хочу, чтобы он обнимал меня или что-то в этом роде.