Я, должно быть, выгляжу ужасно, промокшая под дождем, моя одежда прилипла к коже, а лицо, должно быть, бледное, губы посинели от холода.
Чернокожий офицер подходит ко мне, его взгляд тверд, но приветлив.
— Могу я вам помочь, мисс?
— Я…Я хочу сообщить об убийстве.
Глава 21
Джонатан
Авроры не будет дома, когда я вернусь.
Она также не отвечает на звонки. И мое последнее электронное письмо все еще без ответа.
Меня нельзя игнорировать. Если она закатит один из своих припадков или начнет капризничать, я вымещу это на ее заднице.
Только она не из тех, кто закатывает истерику без веской причины.
Когда я отпустил ее, она разгладила юбку и проворчала, что ей нужно переодеться, направляясь обратно в свою комнату.
В припадке не было необходимости.
Как бы она ни чувствовала себя обиженной, Аврора понимает, как сильно она нуждается в прикосновениях, которое могу дать только я. Она знает, что не может бороться с собой, когда дело касается меня. Чем упорнее она это отрицает, тем быстрее ее тело подчиняется моему приказу.
В том, как она падает, есть эйфория, даже когда она этого не хочет.
Она ненавидит, что не может устоять перед своим трансом, когда дело касается меня. И поскольку она ничего не может с этим поделать, она направляет эту ненависть на меня.
Меня это вполне устраивает. До тех пор, пока она у меня в руках.
Все началось с необходимости разгадать ее и с кощунства думать, что она может хранить от меня секреты.
Теперь это нечто большее.
Я даже сам этого не понимаю, но я готов увидеть это до самого конца.
Что приводит меня в ее квартиру.
Быстрый запрос с Харрисом сказал мне все, что мне нужно было знать. К ней явился адвокат Максима, и она сбежала.
Я набираю код и захожу внутрь. Охрана пришла спросить, кто я такой, но после разговора с Харрисом, который сейчас ждет меня в машине, он отступил.
В квартире темно, за исключением телевизора, который показывает черный экран, но он не выключен.
Квартира Авроры средних размеров с бесчисленными фотографиями часов на стенах. Ее вкус в основном черно-белый. Ее диваны черные. Стену белые. Висячие часы черные, ковер белый.
Цветовая гамма намекает на нечто отличное от ее вкуса, подчеркивая ее внутренний хаос.
Сначала я ее не вижу, но потом различаю тело, свернувшееся в позе эмбриона на полу.
Я делаю паузу, пытаясь получше рассмотреть открывающуюся передо мной сцену. Что-то внутри меня шевелится.


















Комментарии
Добавить комментарий