Нет, я вовсе не жалела, что император со свитой будет вынужден стремительно покинуть поместье и всю территорию горы, я сожалела лишь о том, что теперь уже очень не скоро мне доведется вновь увидеть генерала ОрКолина. От предстоящего расставания было грустно.

– Мне не хватает Стентона, – вдруг признался ОрКоллин. – Старый дракон был хорошим другом.

– И наставником, – эхом отозвалась я.

Генерал невесело усмехнулся и вдруг сказал:

– Не ожидал, что Беллатрикс Стентон вдруг окажется матерью лорда Арнела.

– Для меня тоже это стало неприятной неожиданностью, – сдержанно произнесла я, отчаянно в принципе пытаясь сдержать все эмоции по данному поводу.

Помолчав, оборотень признался:

– Стентон приказал ее не трогать. Еще тогда, в столице, взял с меня слово, а я, дурак, дал."

"– Вы не единственный… – сказать что-либо еще я не смогла.

Мы помолчали.

В отдалении послышался скрип рессор, следом окрик доктора Эньо:

– Скорее! Где она?

И голос служанки, который мы прекрасно запомнили еще с момента оккупирования в целях конспирации шкафа императрицы:

– Следуйте за мной! Я убеждена, ее попытаются скрыть!

ОрКолин скривился, как от зубной боли.

Для него, оборотня, все эти игры в притворство и лицемерие были абсолютно неприемлемы – оборотни прямолинейны. Зато обе экономки, переглянувшись и дождавшись от меня кивка, поспешили на звук голосов и к самому началу разворачивающейся пьесы.

– Жаль, Давернетти не успеет, – едва миссис Макстон и миссис МакАверт нас покинули, произнес генерал.

Пожав плечами, я заметила:

– Лорд Давернетти покинул поместье без тарелки, соответственно, главную улику он передал кому-либо из полицейского управления.

И мое предположение подтвердилось, едва конюх завел на конюшню нового жеребца.

– Лорд Гордан, младший следователь, прибыл, – отчитался парнишка ОрКолину.

Собственно, как я и предполагала.

Дальнейшие события разворачивались выше на два этажа, и кто-то, я полагаю миссис МакАверт, услужливо распахнул окно, позволяя нам с оборотнем стать фактически участниками событий – у генерала был превосходный слух, свойственный оборотням, и именно он пересказывал мне наиболее интересные моменты.

Служанка: «Но я сама, своими глазами видела, как леди стало плохо!»

Старая леди Арнел: «О чем вы, милочка? Мой превосходный пирог ели все присутствующие дамы, и, как видите, доктор, все в полном порядке».

Напряженное молчание.