— Вы с Наташей однополые, вам если что и положено, то только «однушка». В те времена норматив был четкий: на двоих одна комната, на троих — две. Исключение делалось только для разнополых родителя и ребенка. Вот если бы у тебя был сын, тогда дали бы «двушку», а с дочкой — не прокатит.

— Ладно, тогда будем считать, что нам просто повезло."

"А вот Марину ждало ужасное разочарование: Полина Викторовна получила однокомнатную квартиру на третьем этаже, в то время как Галия обрела во временное пользование точно такую же «трешку», в какой жила во время отборочного тура, только в этот раз на первом этаже.

— Я на окна медкабинета решетки поставил. Может, вам тоже поставить? — заботливо предложил Юрий. — В поселке есть мастерская, приедут и за несколько часов все сделают.

— Ну уж нет, — отказалась Галия. — Если даже меня украдут, то по дороге рассмотрят и выбросят. Да и брать у меня нечего, кроме книг и рукописей, с которыми я работаю, а кому они интересны? Зато молодые любовники смогут беспрепятственно влезать ко мне в окно среди ночи без риска столкнуться с кем-то из вас на лестнице.

Кто-то фыркнул, кто-то сдержанно улыбался, но все сотрудники и почти все участники квеста посмотрели на Марину. Все знали, что на отборе она жила с Галией и теперь попросила сменить куратора.

— Блин, прогадала! — вырвалось у Марины прежде, чем она успела осознать сказанное.

Прозвучало это настолько искренне, с сожалением и без всякой злобы, что я впервые испытал к этой хорошенькой девочке нечто вроде симпатии. А вот Наташа, похоже, расстроилась. Неужели ей неловко иметь условия лучше, чем достались ее подруге?

Бумажки с указанными на них квартирами пятого этажа не вытащил никто. Таким образом, на верхнем этаже дома мы с Назаром остались вдвоем.

— Завтра утром в общей квартире будет вывешен список с указанием номеров телефонов и имен проживающих в каждой квартире, — объявил я и посмотрел на Юрия.

Тот с готовностью кивнул.

— Засим отпускаю всех до завтрашнего утра. Завтра в девять часов жду вас здесь же. Мы завершим юридические формальности, после чего я расскажу о том, как будет проходить наша работа, потом вы получите первое задание.

— Опять Горького читать заставите?

В голосе Марины звучала неприкрытая скука.

— Завтра узнаете. Но повторяю еще раз: вас никто не заставляет. Двери открыты всегда. Не нравится, скучно, надоело — милости прошу на выход, — отрезал я.

Сотрудники и мы с Назаром приехали в поселок на день раньше участников и заняли те же квартиры, в которых жили месяц назад. Ребята, которых привозили с вокзала и из аэропорта, тоже сгружали свои вещи в квартиры кураторов. Теперь мне слышны были звуки топающих ног и хлопающих на разных этажах дверей: шло великое переселение народов.