– Не ищи, не найдешь! Думаешь, я сам на поле ломался?

– А кто же еще?

Никитос небрежно махнул рукой и вытер вспотевшие ладони о замызганные рабочие штаны.

– Фраерок один, фермер с Заполянки, Короедов фамилия. Он много травы накосил, вот и поделился со мной! Так что, совсем необязательно самому мясо выращивать. Пусть мужики это делают! Если провоняешься свиньями, тебя прозовут чуханом, а это полный форшмак!

– Что значит «фраерок»? – спросил Сергей, окончательно запутавшийся в незнакомых словах и непонятных правилах.

 – Почему он с тобой делился?

Никитос снова хлопнул его по плечу.

– Приходи ко мне, я тебе все про настоящих пацанов, про правильную жизнь обскажу… Понравишься – в пристяжь к себе возьму… Потрешься возле меня, с авторитетными людьми познакомлю… Подрастешь, может, толк из тебя и выйдет!

Никитос тронул вожжи, худая лошадь, выйдя из дремы, рванула вперед, и телега, вздымая пыль, с грохотом покатилась к селу. Серега долго смотрел вслед – ему было лестно, что такой крутой парень обратил на него внимание.

Так, с ножа, началось их знакомство.

Правда, «крокодил» во всей красе продержался недолго: сломалось острие – сухой столб оказался крепче, из дуба, наверное, был. Отец сточил обломок наискосок шлифовальным кругом – нож стал вдвое короче, утратил изящество и хищность, словно у крокодила отрубили половину морды… Теперь он мало отличался от клинообразного сапожного ножа деда Тимофея, сделанного из полосы железа с намотанной вместо рукоятки синей изолентой. Правда, рукоятка оставалась прежней и на ней красовались маленькие крокодильчики…

Искалеченный «австралийский крокодил» исправно служил хозяину ещё почти год, пока Серега не потерял его на бахче.

Искать маленький нож на огромном поле, между черными и зелеными с полосой арбузами, среди бескрайней донской степи, продуваемой жарким ветром с пылью, было бесполезно, и хотя Сергей очень старался, успехом его старания не увенчались.

Когда он подрос, отец разрешил пользоваться оружием посерьезней: от деда остались старая тульская двустволка «БМ –16» и припасы к ней: несколько десятков патронов, гильзы, порох, дробь.

Сергей выходил из села к лесополосе, стрелял ворон, пулял в надетые на палки консервные банки… Он научился снаряжать патроны и мог бы стать настоящим охотником – кругом в изобилии водились зайцы, лисы, куропатки, на реку частенько садились утки. Но настоящие трофеи его не интересовали – просто нравилось стрелять. Что по банкам, что по воронам – никакой разницы.