– Вот так мы всех держали! А вы? Вы что можете, шибздики? Вас никто не знает даже!
Лихой купил бутылку водки, четыре разогретых в микроволновке сосиски на тарелке и подошёл к столику.
– Привет, Чага! Я подсяду?
Все трое уставились на него пьяными взглядами. Лихой поставил бутылку на стол.
– Не привык бухать в одно рыло!
– О, видели?! – повеселел Чага. – Меня все помнят и уважают! А вас кто? Кто вас угостит?
– Нас тоже знают! – попытался возразить один из «шибздиков».
– Ты их знаешь? – обратился Чага к Лихому.
– Нет.
– О! Не знает! Так что дёргайте отсюда, раз у вас больше ничего нет! Я не собираюсь вас поить!
«Шибздики» молча вышли из-за стола и поплелись к выходу.
– Маня! – крикнул Чага барменше. – Пару чистых стаканов, мы гулять будем!
Через минуту стаканы были на столе, и Лихой наполнил их водкой. Чага тут же, не дожидаясь, выпил и засунул сосиску целиком в рот.
– Слушай, а ты кто вообще? – спросил он, жуя.
– Лихой я. Из Тиходонска. Мы с Никитосом когда-то вместе зону топтали, потом я к нему в Яблоневку приезжал. Да мы и знакомились у него, только ты пьяный был…
– Даа, бывает… Тебя не помню, правда… А Никитоса грохнули!
– Слыхал.
– Давай!
Гаврош не слышал, о чём они говорили, но видел, что дружба завязывается и скоро начнутся пьяные обьятия и слюнявые клятвы. Прошло минут сорок, бутылка почти опустела.
– Тиходонск, – повторил Чага, будто пробуя слово на вкус. И вкус ему явно нравился. – Было дело раз в «Раке»… Как там, кстати, не прикрыли его? И пиво такое же вкусное?
– А поехали проверим! – предложил Лихой.
– Куда? Аж в Тиходонск? В «Рак»?
– А че? За час доедем, сядем у Дона, поговорим о деле.
Чага кивал. Предложение ему явно нравилось.
– А на чём поедем?
– Я на тачке, водила ждет. Бабло есть, я угощаю!
– А назад как?
– А чё, ты спешишь на работу устроиться? Погуляем нормально, когда надоест – поедешь…
– Ну а чё?! Если башляешь… Поехали!
Они вышли на улицу, Лихой махнул рукой, и «девятка» тут же подкатила и остановилась рядом с ними.
– Гля, у тебя и правда водила! Да ты крутой!
– Садись уже! – Лихой открыл заднюю дверь и затолкал еле стоящего на ногах собутыльника в салон.
– Чё, уже приехали? – открыл глаза Чага.
Гаврош вышел из машины и снял парик и усы. В этот раз они оказались лишними.
– Чё стали? – озирался по сторонам Чага. – На перессык, что ли?
– Да, – сказал Лихой. – Выходи! А то напрудишь в салоне.
– Да неее, – заулыбался пассажир, тяжело выбираясь наружу.
Комментарии
Добавить комментарий