Подумать только, моей маленькой сестрёнке уже восемнадцать. Восемнадцать лет. Обалдеть можно. До меня вдруг доходит, что первый раз я увидел Марианну, когда ей исполнилось девятнадцать. Всего на год больше, чем сейчас моей Анжелке.

Серёга позвал меня тогда в пед на дискотеку. И Дашка, его в то время ещё будущая жена, познакомила меня со своей лучшей подружкой, сказав, что у той как раз день рождения, стукнуло девятнадцать.

Но моё внимание полностью перетянула на себя совсем другая девчонка из их компании, как раз Светка, яркая блондинка с карими глазами и прехорошенькой мордашкой.

С которой, собственно, мы, особо не заморачиваясь, и переспали в тот же вечер.

Про Марианну же я напрочь забыл, можно сказать, уже в момент нашего знакомства. Она обычная. Ничего особенного в ней нет. Маленькая, худенькая, со скучным хвостиком, ещё и в огромных дурацких очках. Совсем она, что ли, без них не видит?

Правда, на Серёгину свадьбу Марианна пришла без очков и с распущенными волосами. Мы с ней были свидетелями и просто обязаны были станцевать пресловутый танец свидетелей. Так бы я её вряд ли пригласил.

Но Дашка торжественно объявила танец свидетелей, так что деваться было некуда.

Я тогда уже выпил порядочно. Свадьба же, когда ж ещё напиться, как не на свадьбе своего лучшего друга. Во время танца это и произошло… Когда она задвигалась так близко от меня, когда я вдохнул запах её волос и прижал к себе, такую покорную моим рукам. Её близость ударила мне в голову похлеще вина.

Честно говоря, мне захотелось взять её прямо там. Увести куда-нибудь в кабинет и… Но там, в ресторане, остатки разума у меня ещё были.

Я ещё понимал, что этот цветочек скорее всего даже не целован никем, не то что всё прочее.

А после ресторана мы поехали всей компанией к ним в общагу, где продолжили пить за здоровье молодых, естественно. А дальше у меня провал в памяти. Который постепенно развеивается. И картины, что всплывают в моём мозгу всё чаще и чаще, не дают мне покоя.

Но это ещё не всё. Она, эта невзрачность в огромных очках, стала мне сниться. Там, во сне, я снимаю с неё эти дурацкие очки… Покрываю поцелуями её грудь, ставшую по непонятной причине пышной, как спелый плод.

Силикон она закачала, что ли… Я брезгливо отношусь к накачанным химией сиськам, но в случае с Марианной почему-то никакой брезгливости нет. Наоборот. И это странно.

Потом наступает очередь её животика. Я помню, вернее, вспомнил, какой он у неё идеально плоский. Не люблю, когда у девок жир на животе. Потом… Потом я спускаюсь ниже… Короче говоря, до чёрта надоело просыпаться со стояком.

Да, понятное дело, я сбрасываю напряжение со своим отрядом подстилок, это так.