— То есть как это? А если у меня с тобой… — снова шипение, — образовалась доверительная связь? Если только ты способна удержать меня от последнего шага. Ух ты ж черт! Как же скользко. Ну, чуть не загремел, представляешь?

Варя вжалась пальцами в расшатанный подлокотник. Сердце подпрыгнуло к горлу.

— Послушайте, Захар Иванович… — Имя какое красивое! Сильное. Основательное какое-то. Хоть и немодное. И голос, вот ведь… даже голос под стать.

— Ну, чего замолчала?

— Пожалуйста, вы же не хотите умереть в самом деле.

— С чего ты это взяла?

— Считайте это профессиональной интуицией. Так вот, пожалуйста, вернитесь в тепло, пока не случилось несчастного случая. Потому что все можно поправить. Кроме непоправимого. Понимаете? Все еще можно поправить.

— Ты мне еще скажи, что после черной полосы непременно последует белая. Банальщина какая! Тьфу!

— А с крыши прыгать? Не банальщина? Топиться…

— Ну, это я маху дал. Нажрался с мужиками в ночлежке, и дернул черт!

— Но что-то же вас все-таки остановило?

— Не что-то. А кто-то. Аленка… дурында, прыгнула в воду.

— Так у вас несчастная любовь, что ли?

— С кем?

Паузы между репликами стали длиннее, как будто мужчине с каждым разом требовалось все больше времени на ответ.

— Так ведь с Аленой этой.

— Какой Аленой?

— Той, что вас спасла!

— Да нет, она замужем за главным в ночлежке, — мужчина сладко зевнул. Варя перевела взгляд на часы. Они проговорили без малого полчаса. Но она так толком и не смогла его вывести на откровенность.

— Что за ночлежка? Вы второй раз о ней упоминаете.

— Так ведь ночлежка для бомжей. А что, бывают какие-то другие?

— Даже не знаю.

В трубке что-то щелкнуло, послышались веселые голоса и смех. Похоже, в ночлежках для бомжей было довольно нескучно.

— Хм, похоже, мы с тобой долго болтаем…

— Уже полчаса."

"— Тогда я, наверное, отключусь. А то вдруг кто-то и впрямь убиться решит, а ты на меня свое время впустую тратишь.

— Почему же сразу впустую? Вы, вон, кажется, еще живы.

— Да не собирался я никуда прыгать! А если бы решил — то сделал бы то, что задумал. И никуда бы не стал звонить.

— Но почему-то все-таки позвонили?

— Нашло что-то. Сам не знаю, — мужчина вздохнул.

— А телефон у вас наш откуда?

— Хозяин ночлежки дал.

— Ясно. Захар Иваныч…

— Чего?

— Из ночлежки тоже есть выход. Главное — не опускать руки. Вы звоните, если будет тяжело, или если просто будет не с кем поговорить.

— И че? Будешь за бесплатно нытье бомжа слушать?

— Буду, если вы попадете на меня.

— Ах ты ж черт. Забыл, что у вас конспирация. Так ты мне скажи, когда твоя смена. Глядишь, я и звякну.

— Не могу. Я же объяснила.

В трубке опять послышались голоса.

— Ну, ладно. Настаивать не буду. Пока.

Захар сбросил вызов. Оперся на парапет. Вывалиться отсюда мог только полный кретин.